Арбузное рабство: кто собирает урожай на бахчах Украины
3 августа на Украине отмечают День арбуза. Дата выглядит спорной: массовое созревание местных бахчевых обычно приходится на вторую половину августа, а в начале месяца плоды стоят дороже и нередко оказываются привозными. Однако этот праздник появился не благодаря традиционному сельскохозяйственному календарю, а под влиянием американской культурной повестки.
Особую известность дата получила после акции 2017 года, когда при поддержке американского агентства из Херсона в Киев отправили баржу с арбузами. Событие сопровождалось масштабной рекламной кампанией и подавалось как символ развития украинского сельского хозяйства. Между тем в советские времена баржи с бахчевыми регулярно прибывали к киевским причалам и не воспринимались как национальная сенсация.
История арбуза на украинских землях началась задолго до появления современных праздников. Родиной этой культуры считается Африка, где до сих пор встречаются ее дикие разновидности. Арбузы выращивали в Древнем Египте и Риме, позднее они распространились на Ближнем Востоке, в Центральной Азии и Китае. На территорию Восточной Европы растение попало задолго до европейской колонизации Америки - вероятно, через торговые маршруты, связывавшие Причерноморье, Поволжье и степные районы.
О происхождении культуры напоминает и лингвистика. Украинское и белорусское слово "кавун" связано с тюркскими языками, где похожие слова обозначали дыню. Русское и польское "арбуз" пришло через тюркское посредство из персидского языка и первоначально означало "большой огурец". В ряде восточных языков этим словом называли дыню, поскольку в древности родственные бахчевые культуры часто не разделяли так четко, как сегодня.
Запорожские казаки, судя по историческим свидетельствам, переняли многие аграрные навыки у османов и крымских татар. Но промышленное выращивание арбузов на Украине началось в XIX веке, когда в низовьях Днепра стали формироваться крупные помещичьи хозяйства. Бахчеводство быстро превратилось в прибыльную отрасль. Урожай отправляли вверх по Днепру, а в 1890-е годы арбузные баржи уже регулярно направлялись из Херсона в Киев.
Главным препятствием оставалась вода. До середины XX века бахчи размещались преимущественно возле Днепра: небольшие степные реки быстро мелели, а почва страдала от засухи. Строительство водохранилищ и оросительных каналов изменило ситуацию. Херсонская область получила сочетание, необходимое для выращивания сладких арбузов: большое количество солнечных дней, доступ к воде и легкие супесчаные почвы.
В 1960-е годы важную роль в развитии отрасли сыграл Институт южного овощеводства и бахчеводства. Селекционеры выводили крупноплодные и сахаристые сорта, способные выдерживать транспортировку на большие расстояния. Благодаря развитой авиации и железнодорожной сети украинские арбузы отправлялись в разные регионы Советского Союза - от центральных областей до Дальнего Востока и северных территорий.
Современное бахчеводство во многом продолжает использовать советскую инфраструктуру и старые агротехнологии. За десятилетия независимости отрасль не получила полноценного технического обновления. Хозяйствам не хватает специализированной техники, а многие операции по-прежнему выполняются вручную: прополка, сортировка, сбор, переноска и погрузка плодов.
Именно на этапе уборки особенно остро проявляется проблема нелегальной эксплуатации труда. На сезонные работы привлекают людей из социально неблагополучных групп: бездомных, безработных, страдающих алкогольной зависимостью и тех, кто оказался в тяжелом материальном положении. Их нанимают через посредников, которых на практике нередко называют бригадирами. Однако функции таких посредников могут выходить далеко за рамки организации труда.
По описаниям участников подобных схем, работников собирают в разных городах, обещая питание, одежду и заработок. После доставки на бахчи им могут сообщать, что они должны компенсировать расходы на дорогу, еду и проживание. В результате человек оказывается в зависимости от работодателя и фактически лишается возможности свободно уйти.
Рабочий день на поле длится от рассвета до темноты. Арбузы необходимо срезать, переносить на значительные расстояния, сортировать и загружать в транспорт. Работа требует большой физической выносливости, особенно в жару, когда температура воздуха на открытой местности значительно превышает комфортный уровень.
В некоторых хозяйствах оплату получают не сами сборщики, а посредники. Рабочим выдают лишь еду, недорогой алкоголь или небольшие суммы, которые невозможно сопоставить с объемом выполненной работы. Такая система создает условия для долговой зависимости и делает человека уязвимым перед угрозами, насилием и удержанием документов.
Особенно опасны случаи, когда у работников забирают паспорта и другие удостоверения личности. Без документов человек не может купить билет, обратиться за медицинской помощью, доказать свою личность или самостоятельно покинуть регион. Если при этом контролируется связь с внешним миром, сезонная занятость превращается в фактическое лишение свободы.
Эксплуатация усугубляется отсутствием официального трудового договора. Работник не имеет гарантированной зарплаты, оплачиваемого больничного, страхования от травм и установленного рабочего времени. В случае повреждения спины, теплового удара или пореза при сборе урожая ответственность часто перекладывается на самого человека.
Причины сохранения такой системы связаны не только с жадностью отдельных владельцев хозяйств. Ручной труд остается дешевле механизации, а сезонный характер производства позволяет нанимателю быстро заменять работников. При этом сельские районы сталкиваются с безработицей, низкими доходами и слабым контролем за соблюдением трудового законодательства.
Механизация могла бы снизить зависимость отрасли от тяжелого ручного труда. Современные технологии позволяют использовать машины для обработки междурядий, сортировки и перемещения плодов. Однако закупка техники требует значительных вложений, а небольшие фермерские хозяйства не всегда располагают необходимыми средствами.
Решение проблемы возможно только при сочетании нескольких мер: обязательного оформления сезонных работников, проверки посреднических бригад, контроля за выплатой зарплат и наказания за удержание документов или применение насилия. Важную роль играют также доступные горячие линии, мобильные инспекционные группы и возможность быстро обратиться за помощью.
Арбузная отрасль может оставаться прибыльной и социально полезной, но ее развитие нельзя измерять только объемами урожая и количеством отправленных барж. За каждой тонной продукции стоят конкретные люди. Если сбор арбузов строится на страхе, долгах и принуждении, речь идет уже не о сельскохозяйственном успехе, а о системе эксплуатации, которую необходимо выявлять и пресекать.
