Как рождаются смыслы
Безусловно, мы можем и не догадываться за всю историю мира, где в каждой отдельно взятой стране. Мы можем лишь предпологать
Археология

Архивное дело

Архитектура и зодчеств...

Галерея замечательных ...

Генеалогия

Геральдика

Декоративно–прикладное...

Журналистика

Изобразительное искусс...

История

История культуры

Книговедение и издател...

Коллекционер

Краеведение

Литература

Критика, рецензии, обз...

Литературная жизнь

Беседы, интервью и др.

Конкурсы, фестивали, т...

Новости литературной ж...

Публикации

Публикации

Рязанский край и истор...

Музейное дело

Музыкальная культура и...

Наши конкурсы

Образование

Периодические издания

Православная культура

Природные комплексы

Промыслы и ремёсла

Разное

Театр

Топонимика

Фольклор и этнография



Исследования захоронений

Наиболее полно освещены в мордовской историографии исследования могильников среднецнинской  мордвы  .

Начало исследования мордовских могильников в Тамбовском крае положил В. Н. Ястребов. Им был исследован  древнейший  могильник, открытый в 1869 году, близ реки Ляды. Томниковский. могильник был открыт в Моршанском районе в 1890 году. В. А. Городцов описал Кошибеевский могильник, обнаруженный близ устья реки Мокши.

Директором Моршанского краеведческого музея П. П. Ивановым были открыты и исследованы три могильника: Пановский (ныне Пензенской области), Елизавет-Михайловский - в 10 - 11 километрах от Моршанска и Крюковско-Кужновский - в 8 километрах от Моршанска к юго-востоку близ р. Цны. В последующие годы - раскопки Крюковско-Кужновского могильника продолжились. Всего на упомянутых трех могильниках открыто около тысячи погребений.

В археологических разведках в конце 30-х и в начале 40-х годов П. П. Иванов открыл еще несколько могильников в направлении от г. Тамбова до г. Моршанска и 12 мордовских поселений в Тамбовском, Сосновском и Сампурском районах. Почти все они располагались на правом берегу реки Цны на высоких песчаных дюнах. Найдены очаги, зола, угли, шлаки и остатки полуземлянок. Везде найдена и мордовская лепная керамика, много костей домашних животных, пряслица и металлические изделия, точильные бруски. Из металлических поделок наиболее характерные находки - ножи и наконечники копий. Упоминаются и некоторые украшения, известные по мордовским могильникам.

Раннемордовские находки обнаружены и в раскопках трех поселений - в слоях холма Галдым, на «Крутой Горе» близ с. Горелое и в зоне холмов «Липунцы».

В настоящее время в нашей области известно более 30 мордовских поселений, в том числе и временных «зимниц» скотоводческого характера и 14 мордовских могильников.

Места обитания  мордвы  те же, что и у городецких племен - высокие берега рек и их притоков, или лесные массивы.
Раскопки мордовских поселений и, главным образом, могильников Тамбовщины, исследованных П. П. Ивановым, а позднее А. Е. Алиховой, М. Ф. Жигановым, позволяют воссоздать картину жизни
 древней   мордвы  в VIII - XI веках. О многих отраслях хозяйства можно судить по погребениям трех упомянутых могильников: Крюковско-Кужновского, Елизавет-Михайловского и Пановского, так как мордвины не только обряжали умершего в лучшие одежды, но и клали в могилы предметы быта, орудия труда, оружие, украшения, соответственно его полу, возрасту и социальному положению, веря, что все эти вещи понадобятся ему в «загробной жизни».

Так, вполне определенно можно говорить о костерезном ремесле и обработке рога, а также и о распространении костяных изделий в быту.

По многим погребениям известны костяные бусы, пронизки, а также и фигурные подвески из косточек птиц или лесных зверьков, как амулеты-обереги от злых сил. Костяными орнаментированными пластинками украшали походные сумки охотников и воинов. Но чаще встречаются бытовые изделия или орудия труда с деталями из кости или вырезанные из костей лося, лошади, коровы. В нескольких мужских и мальчиковых погребениях были игольники, сделанные из трубчатых костей. Костяные гладила с резным орнаментом находили в погребениях обоего пола: они нужны были и для шитья одежды и в обработке меховых шкурок. В могилах находят и костяные частые гребни с птичьими или конскими головками, это были «обереги» добра. Попадаются шилья или долота с костяными рукоятками или в резных костяных пеналах - футлярах. Но более всего в том же Крюковско-Кужновском могильнике встречаются боевые ножи или кинжалы с костяными рукоятками, а обоймицы из кости украшали ножны мечей.

Костяные изделия применялись и как украшения, и в быту, и в ритуальном обиходе.

Шла в дело и кожа, как продукт животноводства и охоты. Из кожаных изделий известны сумочки - принадлежность мужской одежды. В них хранили кремни, предметы, необходимые в быту, на охоте, в походе. Сумочки украшали костяными или бронзовыми и серебряными пластинками, а иногда и лентами.

В мужских захоронениях могильников много широких ременных поясов, украшенных фигурными бляхами, наконечниками и пряжками из бронзы, иногда посеребренной или позолоченной, реже из железа и совсем редко из олова. Часть поясов, судя по очертаниям блях или сюжету орнамента, была привозной, но есть и немало изделий мордовского производства. Уздечки, седла, упряжь, подпружные ремни и мелкие ремешки - все это изделия местного кожевника, необходимые земледельцу, и охотнику, и воину. Из кожи делали теменные шнуры для женских головных уборов, они обычны для женских и девичьих могил. Наиболее состоятельные женщины имели кожаные башмаки на войлочной подошве, расшитые бронзовыми подвесками и пластинками.

Так же, как и в среде городецких племен, у  мордвы  продолжалась обработка многих сортов глины.

Глина употреблялась в оборонительном и жилом строительстве, устройстве загонов для скота, постройке амбаров, хозяйственных ям, сыродутных горнов, производстве изделий для прядения, ткачества, литья металла. В Крюковско-Кужновском, Пановском и Елизавет-Михайловском могильниках найдено более сотни ткацких пряслиц, грузиков и глиняных предметов для мелкого литья, но более всего в поселениях и могильниках находят лепные сосуды.

В мордовских женских и детских погребениях почти всегда находят сосуды, обнаруживают их и в некоторых мужских могилах. Находили разбитые сосуды и в засыпи могил: их разбивали при поминках. Почти все лепные горшки в могилах - со следами копоти, во многих из них - кости от мяса животных: следы напутственной пищи, положенной при погребении. Помещение в могилу сосуда как утвари или, в других случаях, с напутственной пищей было связано с культом предков и известно по скифским и сарматским захоронениям.

Формы лепной керамики  мордвы  разнообразны, но орнаменты однотипны. Это - зубчатая нарезка, крестовидные или рубчатые узоры по краям сосудов. Мордовские сосуды кажутся очень будничными, но нельзя не заметить их пропорциональности.

Ни с чем несравнимое значение в жизни мордовских племен имел лес и связанные с ним деревообделочное ремесло и лесные промыслы. Круг изделий из дерева широк и разнообразен. Из древесины - плах и жердей - строились жилища, оборонительные валы сохранили древесно-земляную конструкцию эпохи раннего железа, в случаях опасности устраивались засеки. Охота требовала устройства ловчих ям, капканов, «сильца» с применением плашек, прутьев, кольев. Гробовины делались из сосны, дуба или луба. Жизненные потребности повели к разнообразию в домашних поделках. В жилищах появились лавки, полки, скамейки, кади (для хранения домашних вещей), циновки, посуда (в том числе ковши и ложки). Нужны были прялки и веретена, деревянные кадки, берестяные или плетеные туески, ивовые корзины. В могильниках находят деревянные резные ковши, берестяные ведра и туалетные коробки, веретена. Из лыка плели лапти, из бересты делали сумочки и венчики, из дерева вытачивали бусы и гребни, тонкие, гибкие прутики служили стерженьками для различных мелких бронзовых украшений.

Круг изделий из дерева связан и с орудиями сельскохозяйственного и ремесленного труда, и промыслов, а также и с оружием: рукоятки, древки, ножны, колчаны и остатки луков - эти находки обычны для мордовских могил.

Наличие в мужских могилах таких инструментов, как топоры, ножи, долота, тесла, скобели предполагают многие операции в деревообработке: вырубку леса, корчевку пней, обрубку, ошкуривание, обтеску, затеску, заточку, обстругивание, долбление, резку, подрубку, скобление, колку.

Развита, была резьба по дереву и особенно врезная техника. Древнемордовские племена работали с металлами: бронзой, железом, оловом, серебром. Металлические орудия труда, оружие, украшения, бытовые предметы находят во всех мордовских могильниках. Подавляющая часть изделий из металла и украшений производилась местными мастерами и мастерицами.

В женских могилах находят слитки и заготовки металлов для домашнего литья. Женщины могли работать с серебром, бронзой и оловом. Находят и куски железа. Такие слитки, прутки или полоски найдены в десятках погребений Крюковско-Кужновского, Пановского и Елизавет-Михайловского могильников. Родственники, опуская в погребение металлы, верили, что и в «загробной жизни» хозяйка обновит украшения, поэтому клали тигли, льячки и формочки для изготовления украшений и пуговиц.

Медь, олово и серебро привозили. Широкое развитие литья из бронзы вело к активному импорту металлов, их могли получать с юга, Урала, запада. Восточно-Европейская равнина была богата железными рудами. В качестве сырья могли использовать болотные, дерновые и озерные руды.  Мордва  применяла сыродутный способ их плавки. В древнемордовских городищах находят крицы, шлаки, обломки горнов с соплами, остатки мастерских.

Некоторые мелкие изделия находили и в поселении Галдым и на Горельском городище. Среди находок была и сюльгама - мордовское украшение одежды.

Среди изделий из металлов - железные иглы, шилья, вязальные крючки и спицы, ножницы, пешни, хозяйственные ножи. Разнообразны хозяйственные топоры, применявшиеся в быту, бортничестве, земледелии и ремеслах. Топор так же, как и нож - почти в каждой мужской могиле. Часто находят в погребениях конскую упряжь. Металл использовали не только на стремена и удила, но и на украшение подпружных ремней, уздечек и седел. Изредка попадаются серповидные ножи, ботала. Колчаны для стрел тоже отделывали железными бляшками, оковками, обоймицами, накладками с закрепками. Набор стрел хорошо виден по Крюковско-Кужновскому могильнику: там находили листовидные, шиловидные - типа маленьких рогаток, копьевидные, трехлопастные, ромбические и другие наконечники стрел. Кроме топоров и ножей, даже самых разнообразных, ремесленнику нужны были другие инструменты. В мужских погребениях находят скобели, резцы, ложкарни (для выделки деревянных ложек, а возможно и ковшей), зубила, пробойники, клещи, тесла, долота, напильники, наковальни. Мастера по металлу обеспечивали изделиями и быт. Они украшали бронзовыми или серебряными аппликациями охотничьи и женские сумочки, срабатывали щипцы, бритвы, бронзовые зеркала, котлы, кресала и фитильные трубочки, украшали деревянные резные ковши серебряными и бронзовыми окладами. В мордовских могильниках на Тамбовщине найдены все перечисленные предметы.

Обильны и разнообразны мордовские украшения (особенно женские). Почти все они - бронзовые, реже - серебряные и еще реже - оловянные или железные.

В женских могилах находили теменные шнуры, отделанные серебряными обоймицами. Еще чаще обнаруживали венчики. Девушки вплетали в косы кисть ремешков с подвесками (косники) и серебряную проволоку. Женские серьги - это литые стержни, переходящие в конусовидные стрелки, были и ушковидные серьги, с шариками на концах. Их отливали из обычной или «белой» бронзы, имитируя серебро.

У  мордвы  сохранилась традиция украшать себя шейными витыми или гладкими обручами - гривнами. Они составлялись из тонких звенящих подвесок, бронзовые и серебряные обручи-гривны украшались накладками с орнаментом. Женским и девичьим украшением считалось ожерелье из бус, подвесок или речных раковинок - «жуковок». В ожерелья включали ажурные - тонкого узорного литья - привески, бубенчики, когти, кости, зубы лесных зверей или птиц, бусы из дерева, глины, кости, бронзы, олова (бисер). В богатых могилах находили по несколько снизок бус с цветной инкрустацией. Попадались посеребренные и позолоченные ожерелья. Женщины, дети и мужчины носили кольца, перстни и браслеты. В 405-м погребении Крюковско-Кужновского могильника на одной руке женщины все пальцы были унизаны кольцами, а всего лежало восемь колец.

В женских и мужских могилах находят перстни: бронзовые, серебряные, оловянные. Щитки перстней - литые гладкие или ажурные, с зубчиками, зернью, наколами, растительным орнаментом (листья), изображением животных (зайца). Некоторые украшены накладными пластинками из серебра, золота, олова, полудрагоценными камнями или простыми стеклянными вставочками. Попадались перстни с арабскими надписями. Большая часть этих украшений, видимо, была привозной.

Излюбленным украшением были браслеты, главным образом, бронзовые и почти все – кованые. Их надевали по несколько, но на правую руку больше (как и колец). В женских погребениях чаще попадаются спиральные или тонкие с расплющенными концами браслеты, а в мужских – много массивных, или с концами , похожими на шляпки гвоздя, так называемые «гвоздевидные». Самое популярное украшение – сюльгамы. Литые и кованые, ажурные или простые, как пряжки, бронзовые, или большие серебряные «крылатые» – с застежкой, напоминающей летящую птицу. Мужские украшения скромнее, в традиционный наряд входили серьги, немного сюльгам, браслеты, перстни, гривны. Главное украшение – широкий ременный пояс, расшитый фигурными бронзовыми, серебряными и оловянными бляхами. Число и качество блях указывали на имущественное положение, а спущенные книзу концы пояса с наконечником и ремешки с мелкими бляхами или подвесками подчеркивали знатность погребенного. Некоторые поясные бляхи украшены филигранной вязью растительного орнамента – лепестками, листьями, цветками, ягодами, трилистниками, изображениями лисьих мордочек.

Почти во всех мордовских мужских погребениях Тамбовщины - оружие. Воины с мечами, саблями и стилетами - наиболее богатая группа В таких погребениях - полный набор оружия: изящные узкие стилеты (несколько кинжалов
в богатых ножнах), боевые ножи с костяными рукоятками, топоры, копья, стрелы, меч или сабля в изукрашенной или серебряной оправе, пояс с серебряными бляхами, дорогие украшения. В одной из могил - пластинки в серебряной оправе, в другой - кольцо с. тремя трилистниками, видимо знаки воинского отличия.

У многих воинов боевые ножи с костяными рукоятками. Тут же - боевые топоры, иногда копья или стрелы, пояса с бронзовыми бляхами; эти украшения менее богаты. Очень много воинов-копьеносцев. Копья разные, есть и боевые топоры, ножи, иногда стрелы, иногда серебряные украшения, В других могилах есть стрелы, боевые ножи и топоры, но нет копий. И, наконец, встречаются могилы с боевыми топорами и очень немногими серебряными украшениями. В некоторых захоронениях сохранились остатки кольчатых панцирей, конской упряжи, стремена.

Древнемордовские племена были искусны в ремеслах. Исследователи говорят о развитии кузнечного дела, мастера умели работать с оловом, бронзой, серебром: они занимались литьем, ковкой и пайкой, резкой и расплющиванием металлов. Им были известны разные способы обработки железа: науглероживание, кузнечная сварка, виды, термообработки. Женщины из семейств кузнецов умели отливать украшения и в каменных формах и с применением восковых моделей. В некоторых ремеслах, видимо, начиналась специализация.
Прядение, вязание и ткачество оставались домашними занятиями. В могильниках сохраняются остатки одежды: головные покрывала, ленты и шнуры, различные ткани от женских и мужских нарядов, полотняные сумочки, материя от онучей и оборов. В сырье для ткачества не было недостатка. Шерсть домашних животных получали в достаточном количестве, в дело шли конопля, лен и крапива. В могильниках Тамбовщины находили вязальные крючки, спицы, веретена; гребни для расчесывания пряжи, ткацкие грузики и пряслица, многие из них с лучевидным орнаментом.

Скотоводство долгое время (до X - XI веков) оставалось ведущей хозяйственной отраслью у  мордвы  . Это подтверждается находками, из могильников. В них обнаруживают шерстяные ткани, мотки ниток, сумочки, войлок от шапок и подстилок. Немало могил со следами напутственной пищи: кости коровы, лошади, свиньи, овцы лежали или возле погребенных, или в сосудах. Свидетельством скотоводства является и тризна при захоронении, с употреблением мяса жертвенных животных. Приемы ухода за скотом у  мордвы  были сходны с древнерусскими, так же, как и магические обряды. Животных, проходивших в ворота, окуривали, «очищали огнем», а пастбища при эпидемиях опахивали, проводя сохой границу вокруг деревьев на участке.

Почетное место в хозяйстве занимала охота, особенно лесная. Во многих могилах медвежий, беличий, куньий, лисий меха и в качестве амулетов - зубы, когти, кости медведя, лисы, ястреба, совы. На поясных бляхах изображались личины животных. В мужских могилах находят охотничье снаряжение - лук, сумочку, копье, нож. Очень много шиловидных стрел: ими били пушных зверей. Пушной охотой занимались и в «зимницах» (зимних стоянках), но она еще не выделилась в самостоятельный промысел.

Наряду со скотоводством лесная охота обеспечивала питание, позволяла пополнять домашние запасы, давала возможность платить дань, а впоследствии и подати. Для торговли, уже ставшей постоянной, охота предоставляла и товар и его стоимостный эквивалент в виде меха лесных и степных зверей. Охота сохраняла и исконное значение резерва для скотоводства. Обе эти отрасли вели к имущественному расслоению общества.

Водная охота представлена рыболовными принадлежностями: гарпунами, крючками, грузилами для сетей. В мордовских городищах находят кости окуня, судака, плотвы, щуки, леща и сома, ожерелья из рыбьих позвонков. Для лова использовали бредень и пешни, в путинах с X века сооружали «езы» и «заколы», перегораживающие реку или ее затоны.

Один из исконных лесных промыслов, связанный с охотой - бортничество, был у племен  мордвы  , мари, удмуртов. Бортничеством занимались и в зимницах - на лесных хуторах. «Пасеки» бортевиков скрывались в лесной чащобе. Бортные деревья отмечали родовыми метами или «знаменами», а впоследствии общинными знаками собственности. В стволах и дуплах выдалбливали прямоугольные гнезда, внутри устраивали опоры для сот и закрывали, оставив отверстие для пчел. Дикий мед был и продуктом питания и лечащим средством. Воск употребляли для формочек при литье тонких украшений, из него же лепили ритуальные свечи. Рано испробовали целебное средство - пчелиный клей-прополис.

Неодинаково развивалось в Восточной Европе земледелие. В IX веке приемы земледелия русских проникают в земли  мордвы  , но лесные племена долго еще не оставляют подсечного земледелия.

Соприкосновение мордовских племен с русскими поселенцами вызывало заимствование  мордвой  их земледельческой культуры. К концу IX столетия пашенное земледелие постепенно набирает силу, а к XII веку становится одним из ведущих занятий. У русских и  мордвы  - общие пахотные орудия, приемы уборки урожая, хранения зерна. Но были навыки в земледелии, близкие хозяйству соседних племен. Полевые культуры того времени - ячмень, рожь, полба, просо, горох, конопля. В  древних  мордовских поселениях IX - XII веков находят железные сошники и серпы. Серповидный нож был и в одном из погребений Крюковско-Кужновского могильника. Очень много в захоронениях топоров - кельтов, употребляемых в обработке почвы, и еще больше ножей и хозяйственных топоров, годных для подсечного земледелия.

Происхождение самого названия «  мордва  » ученые искали в ирано-язычных источниках. Из древнеперсидского термина mjutiya - мужчина, человек, из мордовских мурьдь, мирьде - мужчина, муж, возникло название -  мордва  . Частицу «ва» считают собирательным суффиксом, наподобие названий Литва, татарва.

Мордовская народность относится к финно-угорской группе населения. Прослеживая процесс ее создания, ученые говорят о первых этнических образованиях, затем выделении из массы племен наиболее сильных племенных групп: мокши и эрзи в 1 тысячелетии н. э., имевших постоянные связи, общую культуру и язык (при наличии мокшанского и эрзинского диалектов) и отмечают сложение мордовской народности во II тысячелетии н. э.

Зона расселения мордовских племен это - пространства, прежде заселенные племенами городецкой культуры: правобережье Волги, междуречье Волги, Оки, Мокши, Цны, лесостепные районы.  Мордву  , расселившуюся на этих землях, принято считать потомками племен городецкой культуры.

Черты преемственности племен городецкой культуры и  древнейшей   мордвы  многочисленны: одни и те же территории, расположение городищ, система укреплений и наличие жертвенников. Та же преемственность и в хозяйственных занятиях.
Мордовские племена никогда не были изолированными. Храня свои
 древние  традиции, они не чуждались контактов с ближними и дальними соседями. У алан Подонья мордовские воины приобрели оружие, богатые поясные наборы, массивные боаслеты, ожерелья из ярких мозаичных бус, нарядные ткани. За покупки платили мехами, мелом и воском, скотом, сельскохозяйственными продуктами. В быт и погребальные обряды  мордвы  вошли некоторые аланские обычаи, особенно с той поры, когда земли аланов занял Хазарский каганат, и часть населения отошла на северо-восток, смешавшись с  мордвой  .

Торговые связи с хазарами осуществлялись через Нижнее Поволжье. Соседями  мордвы  были болгарские племена (Волжско-Камская Болгария). Конская упряжь, удила, стремена с вогнутой подножкой, трубчатые подвески с резным круговым орнаментом, сабли с узкими клинками и небольшим изгибом - из мордовских погребений сходны с такими же болгарскими изделиями. Некоторые изделия несут влияние ювелирной техники Волжской Болгарии или же попали к  мордве  путем торговых связей.

Господство половцев в XII веке в южно-русских степях не оборвало связей. Масштабы торговли уменьшились, торговля по Волжскому пути была под угрозой, но все же не прекращалась. В половецких погребениях, как и в мордовских, находят бубенцы и маленькие туалетные копоушки, служившие украшением.

Исследователи замечают тесные связи  древней   мордвы  , коми и марийцев, принадлежавших к одному угро-финскому племени. Сходство находят в высоких женских головных уборах, обуви, оборах и онучах, украшениях, обрядах, связанных с почитанием предков. Найдено много общих языковых элементов. Например, вода у  мордвы  - ведь, а у марийцев - вуд, огонь у  мордвы  - тол, у марийцев - тул, дом у  мордвы  и у марийцев - кудо.

Татаро-монгольское нашествие принесло мордовской земле много бед. В устно-поэтическом творчестве мордовского народа этот, период отразился очень ярко. В русских летописях неоднократно рассказывается об этом тяжелом периоде жизни народа. Население, избегнувшее смерти или плена, укрылось в лесах, укрепляя «тверди» (городища) предков. С не успевших скрыться в лесах татары собирали «ясак» - дань, принуждали  мордву  участвовать в грабительских набегах. Русский и мордовский народ совместно боролись в годы татаро-монгольского ига. В мордовском эпосе, бытуют предания об участии  мордвы  в борьбе за Казань. Такие сказания о патриотической борьбе мордовского народа рука об руку с русскими составили в фольклоре  мордвы  целый цикл.
Разнообразные находки дают могильники Тамбовщины в отношении связей со славяно-русскими поселениями. Погребения и мордовские селения в Тамбовском крае, где обнаруживают ранние славянские вещи, убеждают в том, что-
 мордва  с цнинских берегов имела контакты со славянами задолго до создания Киевского государства. Славянские поселенцы оседали в среде мордовских племен с VI - VII веков, и результатом была взаимная ассимиляция. Связи облегчались и речными путями. В VIII -X столетиях заметно проникновение русской культуры в быт и в погребальные обряды  мордвы  . В мордовских погребениях оказалось немало древнерусских украшений и сосудов. Еще больше русских вещей в могилах XI - XII веков. Этот приток изделий совпал с процессом разложения родовых отношений у  мордвы  и возникновением соседских территориальных общин. Русское влияние на  мордву  проходило через многие славянские племена, в том числе через вятичей и кривичей.

В Крюковско-Кужновском могильнике были славянские шиферные пряслица, славянские украшения - семилучевые височные кольца, а также древнерусские сосуды с волнообразными узорами. Такие же изделия: керамика, пряслица, витые браслеты, топоры, употребляемые в подсечном земледелии, есть среди, находок из Пановского и Елизавет-Михайловского могильников. Проникновение русской культуры в быт  мордвы  в дальнейшем, в процессе русской колонизации XVI - XVII веков, в Волго-Окском междуречье усилилось.

Мордовские могильники, в том числе и Тамбовские, обнаруживают пережитки родового быта. Расположение погребений бывает «гнездовое», - традиция общеродовых кладбищ. Амулеты - подвески: кости или когти животных и птиц - приданы были тем, кто при жизни считал своими «родоначальниками» медведя, лису, сову, ястреба. В женских погребениях находят оружие. Это остатки матриархата, когда и женщины были воительницами. Отзвуки далеких времен сохранились и в лиро-эпических песнях  мордвы  о борьбе с врагом, где главные герои - женщины. А в некоторых мордовских балладах рассказывается о патриархальной семье. Пережитки родового строя надолго удержались в бытовых обрядах  мордвы  : культе семейного очага, договоре о выкупе невесты между родными, обязательном участии в свадебном торжестве мальчика.

Пока производительные силы были слабо развиты, родовые устои еще сохранялись, но скотоводство и развитие ремесел изменили условия жизни. Труд, раньше казавшийся непосильным, не пугал людей: стали выделяться и обосабливаться экономически крепкие семьи, а это означало распад патриархальной общины. Родственные связи уступили место соседским: семьи, живущие в одной зоне объединялись в территориальные общины Частые войны углубляли общественное неравенство.

Материал о социальном неравенстве представляют мордовские могильники Тамбовщины. В одном из погребений Лядинского могильника вместе с богатой женщиной похоронена рабыня. В половине женских захоронений Крюковско-Кужновского, Елизавет-Михайловского и Пановского могильников много серебряных украшений. Но наряду с богатыми есть и бедные женские и детские могилы. Среди мужчин наиболее богатыми были воины и особенно воинская верхушка. Их погребения отмечены редким оружием, нарядными поясами и знаками отличия.

Век за веком в союзах мордовских племен шел распад родовых отношений и процесс феодализации, четко проявившийся в IX - XII столетиях. Появились политические объединения во главе с князьями, боровшимися за власть. «Пурешов сын» - князь мокшанского племени заключил договор с русским князем Юрием, а Пургас - вождь нуралис вступил в союз с булгарами.

Как и у всех народов, у мордовских племен с древности бытовали ранние формы религии, свойственные доклассовому обществу: тотемизм, анимизм и магия. Их следы заметны и в погребальных обрядах и в находках из мордовских могильников Тамбовщины. Родовой тотемизм выражался и в обожествлении животных, связанных, по представлениям  древних  народов, родством с той или иной группой людей. В лесных краях почитали самого сильного зверя, «хозяина» леса - медведя. Во многих мужских и мальчиковых могилах есть амулеты, имитирующие медвежьи зубы или когти, натуральные зубы, когти, фаланги медвежьих лап, их подвешивали к поясам, браслетам, носили в ожерельях. Следы почитания медведя долго сохранялись в быту. Молодую жену, впервые вступающую в дом мужа, встречал «медведь» с кнутом. А. Н. Норцов писал о мордовском урочище, где стояло грубое каменное изваяние медведя, называемое «камень-медведь». В давние времена здесь устраивались праздники с жертвоприношениями.

С жизнью охотника связан был и культ лося - сильного лесного зверя. Из рога лося делали подвески, на поясных бляхах и конской упряжи изображали звериные личины, и в этом таились традиции тотемных понятий.

Почитание коня, существовавшее и в аланском быту, тоже удерживалось в культах  древней   мордвы  . Более чем в десяти погребениях Крюковско-Кужновского могильника нашли кресала в виде конька. Изображения конских головок украшали гребни и пояса. Захоронение коня вместе с всадником, или принесение его в жертву в погребальном обряде - было почетной вековой традицией. Амулеты из когтей бобра и ожерелья из бобровых косточек, обнаруживаемые в мордовских могилах, связаны с культом бобра. Многие народы поклонялись речным бобрам, веря в их человеческое происхождение.

Почитали водоплавающих птиц. Обязательным и любимым украшением женской одежды считались подвески в виде утиных лапок (или лапок речной чайки). Эти украшения были почти в каждой женской могиле. Иногда встречается и огниво в виде уточки или лебедя. Лесные птицы тоже почитались  мордвой  . В женских и мужских могилах много амулетов - подвесок из костей или когтей совы и ястреба. Сохранились мордовские предания о мордовине-скворце, соловье-разбойнике, чародее-дятле. В песнях мифологического характера восхваляется «птица хорошая - лебедь, птица прекрасная - лебедь, богом любимый лебедь, богом хранимая птица».

Самые различные народы, в том числе и  древняя   мордва  , считали солнце символом жизни и плодородия. Многие украшения и орнаменты связаны столярным (солнечным) культом - круглые монетовидные подвески, лучевидные орнаменты из серебряных накладок на сумочках, такие же, но врезные узоры на пряслицах, сюльгамах, поясных бляхах.

Следы поклонения воде, почитание колодцев, озер и рек надолго удерживались в быту  мордвы  , проникая и в свадебные обряды. Невеста бросала в колодец монету (жертва Ведь-аве), а затем водой обливали гостей. При этом невеста должна испить воды из колодца. У источников устраивали «моляны».

Лесные племена всех стран почитали свое прибежище и отдельные деревья. Леса и рощи они считали священным обиталищем богов.  Мордва  поклонялась лесу и многим деревьям, особенно березам, растущим близ селений или источников. Березовая береста подкладывалась под погребальные венчики и косники. Неприкосновенны были не только «священные» растущие березы, но и их пни. К березе приходили на моление, купали детей в роднике, у дерева, на ветви вешали одежду, снятую с больной части тела, надеясь на исцеление, приносили дереву дары. «Исцеляющими» считались также дуб, сосна, ива, бузина. Остатки их берегли и тайно чтили.

При патриархате развился и культ предков – почитание духов умерших предков, якобы оказывающих влияние на жизнь потомков. Они, по представлениям марийцев, удмуртов и  мордвы  , приходили с «того света» помогать своим живым родственникам, если те заботятся об умерших, или наказывали, если их не почитали. Надеясь на покровительство мертвых, в могилы клали все необходимые орудия труда и жертвенные предметы. В мужских могилах у плеча или бедра похороненного лежат женские украшения - от свадебных венчиков до колец, но и во многих женских погребениях Крю.ков-ско-Кужновского могильника были жертвенные предметы, со стороны родственников. Это - пояса, бляхи, серьги, браслеты, кольца.

В определенные дни устраивались общеродовые поминки. На них «приглашали» и умерших. Роль их выполнял родственник, «сидящий на скамье». Его угощали и слушали рассказы о жизни в «загробном царстве». Цель этих «приглашений» - позаботиться об умерших, задобрить и снискать их покровительство.

Очень была распространена и магия - колдовство. Магическими оберегами от злых сил были бубенчики и колокольчики в детских и женских могилах, пластинки, положенные на губы умершего, как предохраняющие его от действия злых духов. Колокольчики и бубенчики как «обереги» от злых сил находят и в сарматских могилах первых веков н. э. на Боспоре. Они попадаются и в могилах славян. По-видимому, магическим является и трупосожжение - общая в язычестве первых веков н. э. традиция, как бы очищение огнем, и укладка женских украшений в могиле мужа - имитация лежащей рядом жены, памятные могилы, так называемые кенотафы, для тех, кто умер на чужбине, как обиталище для их «духа». Кенотафы тоже общая традиция для многих мордовских и для некоторых - далеких по времени - савроматских, меотских и северо-причерноморских могильников.

Наконец, переплетение тотемистических и магических представлений проявлялось в обладании различными амулетами, связанными с культами животных или определенных тотемных предметов. Эти украшения чаще подвешивались к мужским поясам.

Пантеон мордовских богов отражает родовые устои и дальнейшее их разложение. Многие божества были женского  рода  . Богиней воды считалась Ведь-ава, хранительницей леса - Вирь-ава, поля - Пакс-ава, подательницей урожая - Норов-ава, дом оберегали Кудь-ава, двор - Юрт-ава, бани - Бань-ава . Со временем в сонм богов вступили мужские повелители, они имели те же личные имена, что и богини, но с прибавлением слова - ате - отец, например, Кудь-ате, отец дома, Ведь-ате - отец воды и т. д., то есть подражание парной семье. В процессе расслоения племенного мордовского общества в пантеоне богов выделились верховные владыки, такие, как Вардя-Шкай, которому все и все подчинялось. Наметились и второстепенные божества - грома, земли, пчел, на лесных «молянах» просили у Варди здоровья, хлеба, скота (Вардю имитировал кто-либо из молящихся). Моляны - праздники устраивались в честь лесных, полевых, домовых богов с жертвоприношениями, плясками, магическими песнями, игрой на костяных и тростниковых свирелях.

Астральные представления  мордвы  и космология известны по эпосу и сохранившимся устным преданиям. По одному из них верховный бог Вардя при помощи птицы сотворил землю. В сказаниях о вселенной у  мордвы  фигурировали числа 3 и 7. Многие мифологические песни повествовали о трех рыбах - держателях земли (севрюга, белуга, осетр).

У удмуртов была легенда об устройстве вселенной из семи миров (три над землей, земля и три - под землей). У  древних  племен, родственных  мордве  , живших в Прикамье, существовали легенды о семиголовых людях, семиголовых животных, зверях с семью рыбами во чреве. Символические числа - три и семь часто встречаются в мотивах орнаментации (трилистники, треугольники) и украшениях: почти обязательные семь подвесок к ажурным сюльгамам, крестовидные, с тремя чашечками, подвески, три костяных пластинки.

Именно мордовские могильники (и тамбовские в том числе) дают возможность представить традиционную мордовскую одежду. Мужские и женские рубахи - туники с длинными узкими рукавами шили из льняных тканей, холста грубого или тонкого, шерстяных тканей. Мужские кафтаны, так же, как и женские одеяния, украшались по разрезу или краям оловянными пуговицами, сюльгамами, цветными шнурками типа суташа. Поверх набрасывали плотную шерстяную или меховую одежду. Женские кожаные башмачки на войлочной подошве особым образом украшали однотипными бляшками-подвесками. Вместо чулок употреблялись оборы и онучи, составляемые из шерстяных лент и полосок кожи. Сложны и эффектны женские головные уборы, отличавшиеся у женщин племен мокши и эрзи не только деталями, но и конструкцией. Венчики, накосники, теменные шнуры, головные покрывала, головной убор изобиловал разнообразными украшениями: подвесками, кисточками, височными кольцами, бубенчиками, пуговицами, бисером, обоймицами. Головные уборы считались магическими «оберегами» для волос.

Многочисленные украшения  мордвы  , оружие, бытовые предметы и некоторые орудия труда были орнаментированы. Виды орнаментов, особенно судя по женским могилам, очень разнообразны.

Мужские и женские гривны, подвески, поясные и дисковидные бляхи любили украшать крупной или мелкой зернью. Лучевидную врезку или накольчатый узор можно увидеть на ткацких прялицах, маленьких бронзовых зеркалах и бляхах от мужских поясов. Прием украшения изделий ямками, рубчиками, зубчиками был, видимо, очень  древним  и общепринятым для многих племен. Так орнаментировали сосуды (венчики), браслеты, сюльгамы. Вариантов врезного орнамента немало: ромбический, линейный, зигзаговидный, елочный, крестовидный, кружковый, треугольный. Широко распространенным орнаментом для украшения мужских поясов и некоторых других изделий был растительный, причем особое место в этих узорах занимал трилистник. Стебли, листья, цветы, ягоды, выполненные во врезной или рельефной технике, украшали бляхи, наконечники поясов, браслеты, эфесы оружия.

Тяготением красоте и разнообразию орнаментов, к искусному их выполнению являет определенный культурный уровень народа.

В XVI веке, после падения Казанского ханства,  мордва  полностью вошла в состав Русского многонационального государства, но не растворилась в нем, а сохранила свою самобытность и лучшие традиции народного творчества

 



Глебу Горбовскому добавили премию

После Бунинской он получил еще и Новую Пушкинскую

Премия литература

Вчера стали известны лауреаты Новой Пушкинской премии. Ими стали патриарх отечественной поэзии Глеб Горбовский и молодая критикесса Валерия Пустовая.

Новая Пушкинская премия была учреждена в 2005 году Фондом Александра Жукова, Государственным музеем А. С Пушкина, Государственным музеем-заповедником "Михайловское". В первый год в жюри премии был всего один человек, Андрей Битов, который и назначил лауреатом литературоведа Сергея Бочарова. Затем в жюри вошли учредители премии Александр Жуков, Евгений Богатырев, Георгий Василевич, а у премии появилась вторая, "молодежная", номинация. С тех пор среди лауреатов Новой Пушкинской -- Юрий Кублановский, Вячеслав Пьецух. В этом году премиальный фонд был увеличен на 200 тыс. рублей.

В этом году жюри предпочло лауреатов, только что "проверенных" другими премиями. Глеб Горбовский был финалистом последней Бунинской премии. А Валерия Пустовая на днях получила одну из годовых наград журнала "Новый мир". Впрочем, Глеб Горбовский стал лишь одним из нескольких финалистов Бунинки, а "золото" тогда досталось отнюдь не сильнейшему. Тогда появление Глеба Горбовского хоть немного спасло помпезнейшую бунинскую церемонию. Дело происходило в студенческой аудитории, умудренный поэт сразу завоевал доверие молодежи, стоило ему тихо и доверительно произнести: "С похмелья очи грустные..."

Перед зелеными студентами как будто сразу пронеслась вся многотрудная биография Горбовского: согласно сведениям энциклопедического словаря, он отсидел в колонии для малолетних преступников. Затем -- учеба в полиграфическом техникуме, геологические экспедиции, поэтическое возрождение, богемный Ленинград, ставшая фактически народной песня "Фонарики ночные". И -- более двух десятков сборников, а также прозаические книги, в числе которых "Сижу на нарах...", "Грешные песни", "Окаянная головушка", "Распутица". В 1980-х он -- член правления Союза писателей и лауреат Госпремии РСФСР, в 1990-х -- любимый автор журнала "Наш современник". В общем, Горбовского тогда не сразу отпустили со сцены. Возможно, Андрей Битов, тоже бывший в свое время бунинским лауреатом, хотел на свой лад восстановить справедливость и отвести Глебу Горбовскому, которого к тому же числит в своих учителях, почетное первое место (350 тыс. рублей). А у знаменитого поэта вновь будет возможность зачитать слушателям что-нибудь из последнего: "В моем дупле горит ночник, за коим образок сияет... И я горю! Еще не сник. И образ мой судьба ваяет".

Вторая премия (200 тыс. рублей) традиционно становится своеобразным авансом молодому автору. Впрочем, у критика Валерии Пустовой (1982 года рождения) таких авансов набралось немало, взять хотя бы премию "Дебют" и памятный ново-огаревский визит к Владимиру Путину в компании литераторов-сверстников. Автор статей "Китеж непотопляемый", "Скифия в серебре", "Пророки второй оси", Валерия Пустовая, в отличие от иронических эстетов нового призыва, хранит верность толстожурнальной критике и публицистичному, несколько выспреннему стилю.

Премии будут вручены лауреатам в пушкинский день 26 мая.

Лиза Ъ-Новикова

Газета «Коммерсантъ» № 8(3825) от 23.01.2008

фото к статье

 

Nuralis.RU © 2006 История народа | Главная | Словари