Как рождаются смыслы
Безусловно, мы можем и не догадываться за всю историю мира, где в каждой отдельно взятой стране. Мы можем лишь предпологать
Археология

Архивное дело

Архитектура и зодчеств...

Галерея замечательных ...

Генеалогия

Геральдика

Декоративно–прикладное...

Журналистика

Дайджест СМИ

Публикации

Журналист о СМИ

История отечественных ...

Критика, рецензии, пуб...

Разное

Изобразительное искусс...

История

История культуры

Книговедение и издател...

Коллекционер

Краеведение

Литература

Музейное дело

Музыкальная культура и...

Наши конкурсы

Образование

Периодические издания

Православная культура

Природные комплексы

Промыслы и ремёсла

Разное

Театр

Топонимика

Фольклор и этнография



Кто будет закрывать сайты?

Авторы поправок в закон «Об информации» считают, что только суд. Но будет ли это работать?
Новость о разработке поправок в закон «Об информации» отрасль ждала давно. Если вкратце, то разработчик поправок Астамур Тедеев из «Международного исследовательского института» предлагает законодательно закрепить, что ограничивать права и свободы пользователя можно только по решению суда в случае нарушения прав другого человека.

Соответственно, истории вроде недавнего отключения сотрудниками милиции серверов хостинг-провайдера «Агава» в случае принятия поправок окажутся вне закона.

Вопрос о том, кто вправе блокировать доступ к информационным ресурсам сомнительного содержания, не так прост, как кажется. С одной стороны, установить факт нарушения закона у нас в стране может только суд. И без назначаемой судом экспертизы (ее качество – увы! – отдельная больная тема) очень часто нельзя определить, нарушается ли закон.

Например, фотография голого карапуза на берегу моря – это невинный снимок из семейного альбома или детское порно? Разжигает ли национальную рознь острый анекдот на еврейскую тему? Должен ли владелец файлообменного сервиса нести ответственность за пиратство? – при том, что на деле распространяют контрафактную продукцию совсем другие люди. В таких ситуациях – а это не выдуманные, вполне реальные конфликты – невозможно разобраться с наскока. Так что сторонники исключительно судебного решения подобных вопросов, безусловно, правы.

Однако судебные дела у нас длятся месяцами, а то и годами. Ситуация, когда обнаруженный правоохранительными органами сайт, например с жесткой детской порнографией, продолжает все это время благополучно функционировать в ожидании судебного решения, выглядит абсурдной и недопустимой. Именно к этому апеллируют силовики и вообще все те, кто полагает, что милиция может и должна закрывать нарушающие закон ресурсы самостоятельно, суда не дожидаясь.

У этой медали есть и третья сторона. Такие действия, как блокирование сайтов, отключение и изъятие серверов, как правило, наносят огромный ущерб их владельцам: как прямой – финансовый, так и косвенный – репутационный. Предположим, наша доблестная милиция блокировала ресурс, а через несколько месяцев или лет суд выяснил, что ничего противоправного там, оказывается, не было. Кто и как будет возмещать убытки пострадавшей стороне?

И как регулировать возмещение ущерба, когда ради блокировки ресурса – пусть даже действительно нарушившего закон – правоохранительные органы отключают оборудование хостинг-провайдера? Ведь провайдер виноват лишь в том, что у него «не те люди» купили услугу, в предоставлении которой он не вправе отказать под угрозой лишения лицензии.

Но пока все эти вопросы не проработаны и не закреплены в нормативных актах, милиции намного проще чохом отключить сервер, стойку или даже целый дата-центр, чем заниматься хирургическим выковыриванием конкретного сайта. Слишком туманные правила блокировки ресурсов, предположительно, нарушающих законодательство, оставляют огромный простор для творческой самодеятельности правоохранительных органов и для умышленных злоупотреблений.

Идея о том, что решать такие вопросы вправе только суд, – правильна, и в этом отношении поправки, предлагаемые Астамуром Тедеевым и его группой, – несомненно, огромный шаг вперед (хотя еще вопрос, дойдет ли дело до их принятия, и каким количеством правок они успеют обрасти по дороге).

Но весь этот замечательный правовой механизм так и не будет работать, пока в законах и подзаконных нормативных актах не будут исчерпывающе подробным образом прописаны две очень важные вещи. Во-первых, процедура, в соответствии с которой с санкции суда до вынесения судебного решения осуществляется блокировка предположительно незаконного контента. И, во-вторых, порядок возмещения ущерба, нанесенного такой блокировкой, в том числе и третьим лицам.

А пока этого сделано не будет, вместо цивилизованных разбирательств мы так и будем периодически сталкиваться с дикими историями. Если правовой вакуум не заполнен законом, его заполняет творчество масс.

Александр Милицкий

Центр экстремальной журналистики

 
Nuralis.RU © 2006 История народа | Главная | Словари