Как рождаются смыслы
Безусловно, мы можем и не догадываться за всю историю мира, где в каждой отдельно взятой стране. Мы можем лишь предпологать
Археология

Архивное дело

Архитектура и зодчеств...

Галерея замечательных ...

Генеалогия

Геральдика

Декоративно–прикладное...

Журналистика

Изобразительное искусс...

История

История культуры

Книговедение и издател...

Коллекционер

Краеведение

Литература

Критика, рецензии, обз...

Литературная жизнь

Публикации

Рязанский край и истор...

Музейное дело

Музыкальная культура и...

Наши конкурсы

Образование

Периодические издания

Православная культура

Природные комплексы

Промыслы и ремёсла

Разное

Театр

Топонимика

Фольклор и этнография



Достоевский. Человек без границ?

Духовный мир Фёдора Достоевского чрезвычайно богат и разнообразен. В его произведениях звучит основная мысль: без Добра человек не сможет прожить, не сможет осуществить ни одно дело. А что есть Добро и Зло? Как найти различие в этих понятиях? Что может Душа?

На какие жертвы идёт она, ради спасения? Эти вопросы очень глубоки и интересны для большинства людей.

Актуальность проблемы духовности очень велика, т.к. вопросы духовного мира человека всегда остаются под сомнением. А если учитывать, что тут не духовный мир простого человека, а писателя – философа?

Но как понять философа? Его мысли и чувства, его мнение и знание человеческих душ, его анализ жизни и судьбы, его точку зрения на «вечные» проблемы? Что относится к «вечным» проблемам у Достоевского? (Вот какие вопросы должен ставить перед собой любой исследователь творчества Фёдора Михайловича). Анализируя произведения, можно заявить о трёх крупных философских проблемах: 1) Спасение человеческой души, которое можно осуществить, лишь покаявшись в своих грехах. Ведь приходит же Раскольников в полицейский участок сам и говорит, что именно он является «убийцей». Только через покаяние, человеческая Душа будет спасена; 2) Нравственный выбор человека при принятии судьбоносных решений. Какой путь выберет человек? Путь к помощи, спасению? Или, быть может, путь в бездну, путь в ничто. А что есть «ничто»? Где найти правильную дорогу?; 3) Как человек поступит в той или иной жизненной ситуации? Куда он повернёт, чью сторону выберет? Помните Парфена Рогожина, который предлагает князю стать спутником его. Однако князь не собирается помогать Рогожину.

Все нравственные проблемы, освящённые в произведениях великого писателя, рождены не десять лет назад. Они появились за сто-двести лет, писатель лишь размышлял над ними, пытался решить их, вывести какое-либо решение, подвести итог. Поэтому духовный мир Фёдора Достоевского чрезвычайно богат и интересен.

Все эти вопросы, указанные выше, я постарался осветить в работе. Но начнём мы с истории и эволюции мысли Фёдора Михайловича.

Эволюция жизни и мысли Фёдора Михайловича Достоевского.

Фёдор Михайлович Достоевский родился в Москве, сын лекаря. Кроме будущего писателя в семье Достоевских было еще шестеро детей: Михаил, Варвара (1822—1893), Андрей, Вера (1829—1896), Николай (1831—1883), Александра (1835—1889) - над семьёй безгранично властвовал отец, врач Маршенской больницы для бедных в Москве. Доктор М.Ф.

Достоевский любил вспоминать, что его род восходил к Золотой Орде, но ни знатностью, ни богатством похвалиться не мог. Мнительный и самолюбивый, вспыльчивый и угрюмый, он доходил до паталогических преувеличений в своих фантазиях, жестоко обходился с женой в минуты раздражительности, но, по свидетельству сына Андрея, "он пальцем не трогал детей и телесные наказания, столь распространенные не только в России, но и Англии и Америке, никогда не применялись в семье". В доме господствовало пуританское настроение, и о женщинах разрешалось говорить лишь в стихах. Детей без провожатых из дома не выпускали, карманных денег не давали (писатель так и не научился потом обращаться с деньгами).

В 1833 году Достоевский был отдан в полупансион Н. И. Драшусова; туда он и брат Михаил ездили "ежедневно по утрам и возвращались к обеду". С осени 1834 по весну 1837 Достоевский посещал частный пансион Л. И. Чермака, в котором преподавали астроном Д. М. Перевощиков, палеолог А. М. Кубарев. Учитель русского языка Н. И. Билевич сыграл определенную роль в духовном развитии Достоевского. Воспоминания о пансионе послужили материалом для многих произведений писателя. Тяжело пережив смерть матери, совпавшую с известием о смерти А.С. Пушкина (которую он воспринял как личную потерю), Достоевский в мае 1837 едет с братом Михаилом в Петербург и поступает в приготовительный пансион К. Ф. Костомарова. Тогда же состоялось его знакомство с И. Н. Шидловским, чья религиозно-романтическая настроенность увлекла Достоевского. С января 1838 года Достоевский учился в Главном инженерном училище, обычный день в котором описывал так: "...с раннего утра до вечера мы в классах едва успеваем следить за лекциями. ...Нас посылают на фрунтовое ученье, нам дают уроки фехтованья, танцев, пенья ...ставят в караул, и в этом проходит все время...". Тяжелое впечатление о "каторжных годах" учения частично скрашивали приятельские отношения с В. Григоровичем, врачом А. Е. Ризенкампфом, дежурным офицером А. И. Савельевым, художником К. А. Трутовским.

Еще по дороге в Петербург Достоевский мысленно "сочинял роман из венецианской жизни", а Ризенкампфу в 1838 рассказывал "о своих собственных литературных опытах". Вокруг Достоевского в училище образуется литературный кружок. 16 февраля 1841 года на вечере, устроенном братом Михаилом по случаю отъезда в Ревель, Достоевский читал отрывки из двух своих драматических произведений — "Марии Стюарт" и "Бориса Годунова". О работе над драмой "Жид Янкель" Достоевский сообщал брату в январе 1844. Рукописи драм не сохранились, но уже из их названий вырисовываются литературные увлечения начинающего писателя: Шиллер, Пушкин, Гоголь. После смерти отца родственники матери писателя взяли на себя попечение о младших братьях и сестрах Достоевского, а Фёдор и Михаил получили небольшое наследство. По окончании училища (конец 1843 г.) он был зачислен полевым инженером-подпоручиком в Петербургскую инженерную команду, но уже в начале лета 1844, решив всецело посвятить себя литетатуре, подал в отставку и уволился в чине поручика. В январе 1844 года Достоевский закончил перевод повести "Евгения Гранде" Оноре де Бальзака, которым тогда он особенно увлекался. Перевод стал первой опубликованной литературной работой Достоевского. В 1844 он начинает и в мае 1845 после многочисленных переделок заканчивает роман "Бедные люди".

Роман "Бедные люди", связь которого со "Станционным смотрителем" Пушкина и "Шинелью" Гоголя подчеркнул сам Достоевский, имел исключительный успех. Опираясь на традиции физиологического очерка, Достоевский создает реалистическую картину жизни "забитых" обитателей "петербургских углов", галерею социальных типов от уличного нищего до "его превосходительства". Рассказывали историю о том, как ночью рукопись "Бедных людей" прочитал Н.А. Некрасов. Он пришел в такой восторг, что тотчас же, в четвертом часу утра, отправился с романом к В.Г. Белинскому, разбудил его криком "Новый Гоголь явился!", на что критик сердито заметил, что у Некрасова Гоголи, как грибы, по ночам растут. Однако после этого момента Белинский сам читал произведение всю ночь, а только потом пришёл к Достоевскому.

Лето 1845 (как и следующее) Достоевский провел в Ревеле у брата Михаила. Осенью 1845 по возвращении в Петербург часто встречается с Белинским. В октябре писатель совместно с Некрасовым и Григоровичем составляет анонимное программное объявление к альманаху "Зубоскал", а в начале декабря на вечере у Белинского читает главы "Двойника", в котором впервые дает психологический анализ расколотого сознания, "двойничества". Рассказ "Господин Прохарчин" (1846) и повесть "Хозяйка" (1847), в которых эскизно намечены многие мотивы, идеи и характеры произведений Достоевского 1860—1870-х гг., не были поняты современной критикой. Радикально изменил свое отношение к Достоевскому и Белинский, осудивший "фантастический" элемент, "вычурность", "манерность" этих произведений. В других произведениях молодого Достоевского — в повестях "Слабое сердце", "Белые ночи", цикле острых социально-психологических фельетонов "Петербургская летопись" и незаконченном романе "Неточка Незванова" — расширяется проблематика творчества писателя, усиливается психологизм с характерным акцентом на анализ сложнейших, неуловимых внутренних явлений. На эти «ранние» произведения Достоевского у критиков наступает охлаждение. Кирпичников А. вообще пишет, что эти произведения не были наполнены той глубиной, которая так свойственна Достоевскому, они пусты.

В конце 1846 в отношениях Достоевского и Белинского наступило охлаждение. Позднее возникает у него конфликт и с редакцией "Современника": большую роль сыграли здесь мнительный, самолюбивый характер Достоевского. Насмешки над писателем недавних друзей (особенно Тургенева, Некрасова), резкий тон критических отзывов Белинского о его произведениях остро переживались писателем. Примерно в это время, согласно свидетельству доктора С.Д. Яновского, у Достоевского появились первые симптомы эпилепсии. Тяготит писателя изнуряющий труд для "Отечественных записок". Бедность вынуждала его браться за любую литературную работу (в частности, он редактировал статьи для "Справочного энциклопедического словаря" А. В. Старчевского). В 1846 Достоевский сближается с семьей Майковых, регулярно посещает литературно-философский кружок братьев Бекетовых, в котором главенствовал В. Майков, а постоянными участниками были А.Н. Майков и А.Н. Плещеев — друзья Достоевского. С марта—апреля 1847 Достоевский становится посетителем "пятниц" М.В.Буташевича-Петрашевского. Участвует он и в организации тайной типографии для печатания воззваний к крестьянам и солдатам. Арест Достоевского произошел 23 апреля 1849; его архив при аресте был отобран и, вероятно, уничтожен в III отделении. 8 месяцев Достоевский провел в Алексеевском равелине Петропавловской крепости под следствием, во время, которого проявил мужество, скрывая многие факты и стремясь по возможности смягчить вину товарищей. Был признан следствием "одним из важнейших" среди петрашевцев, виновным в "умысле на ниспровержение существующих отечественных законов и государственного порядка". Первоначальный приговор военно-судной комиссии гласил: "... отставного инженер-поручика Достоевского, за недонесение о распространении преступного о религии и правительстве письма литератора Белинского и злоумышленного сочинения поручика Григорьева, лишить чинов, всех прав состояния и подвергнуть смертной казни расстрелянием". 22 декабря 1849 года Достоевский вместе с другими ожидал на Семёновском плацу исполнения смертного приговора. По резолюции Николая I казнь была заменена ему 4-летней каторгой с лишением "всех прав состояния" и последующей сдачей в солдаты.

Позднее Достоевский вспоминал: «Приговор смертной казни расстрелянием, прочитанный нам всем предварительно, прочтен был вовсе не в шутку; почти все приговоренные были уверены, что он будет исполнен, и вынесли, по крайней мере, десять ужасных, безмерно страшных минут ожидания смерти. В эти последние минуты некоторые из нас... может быть, и раскаивались в иных тяжелых делах своих... но то дело, за которое нас осудили, те мысли, те понятия, которые владели нашим духом, представлялись очищающим мученичеством, за которое нам многое простится!» (Момент чтения приговора вошёл в роман «Идиот»)

Ночью 24 декабря Достоевский в оковах был отправлен из Петербурга. 10 января 1850 прибыл в Тобольск, где в квартире смотрителя произошла встреча писателя с женами декабристов — П.Е. Анненковой, А.Г. Муравьёвой и Н.Д. Фонвизиной; они подарили ему Евангелие, которое он хранил всю жизнь. С января 1850 по 1854 Достоевский вместе с Дуровым отбывал каторгу "чернорабочим" в Омской крепости. В январе 1854 он был зачислен рядовым в 7-й линейный батальон (Семипалатинск) и смог возобновить переписку с братом Михаилом и А. Майковым. В ноябре 1855 Достоевский произведен в унтер-офицеры, а после долгих хлопот прокурора Врангеля и других сибирских и петербургских знакомых (в том числе Э.И. Тотлебена) — в прапорщики; весной 1857 писателю было возвращено потомственное дворянство и право печататься.

В 1857 Достоевский женился на овдовевшей М.Д. Исаевой, которая, по его словам, была "женщина души самой возвышенной и восторженной ... Идеалистка была в полном смысле слова ... и чиста, и наивна притом была совсем как ребенок". Брак не был счастливым: Исаева дала согласие после долгих колебаний, измучивших Достоевского. В Сибири писатель начал работу над воспоминаниями о каторге ("сибирская" тетрадь, содержащая фольклорные, этнографические и дневниковые записи, послужила источником для "Записок из Мертвого дома" и многих других книг Достоевского ). В 1857 его брат напечатал рассказ "Маленький герой", написанный Достоевским в Петропавловской крепости. Создав две "провинциальные" комические повести — "Дядюшкин сон" и "Село Степанчиково и его обитатели", Достоевский вступил через посредство брата Михаила в переговоры с М.Н. Катковым, Некрасовым, А.А. Краевским. Однако современная критика не оценила и обошла почти полным молчанием эти первые произведения "нового" Достоевского.

18 марта 1859 Достоевский по прошению был уволен "по болезни" в отставку в чине подпоручика и получил разрешение жить в Твери (с воспрещением въезда в Петербургскую и Московскую губернии). 2 июля 1859 с женой и пасынком уехал из Семипалатинска. С 1859 — в Твери, где возобновил прежние литературные знакомства и завязал новые. Позже шеф жандармов известил тверского губернатора о разрешении Достоевскому жить в Петербурге, куда он приехал в декабре 1859 года. Интенсивная деятельность Достоевского сочетала редакторскую работу над "чужими" рукописями с публикацией собственных статей, полемических заметок, примечаний, а главное художественных произведений. Роман "Униженные и оскорбленные"— произведение переходное, своеобразное возвращение на новой ступени развития к мотивам творчества 1840-х гг., обогащенное опытом пережитого и перечувствованного в 1850-е гг.; в нем очень сильны автобиографические мотивы. В то же время роман заключал в себе черты сюжетов, стиля и героев произведений позднего Достоевского. Огромный успех имели "Записки из Мертвого дома".

В Сибири, по признанию Достоевского, изменились "постепенно и после очень-очень долгого времени" его "убеждения". Суть этих перемен, Достоевский в самой общей форме сформулировал как "возврат к народному корню, к узнанию русской души, к признанию духа народного". В журналах "Время" и "Эпоха" братья Достоевские выступали как идеологи "почвенничества" — специфической модификации идей славянофильства. "Почвенничество" было скорее попыткой очертить контуры "общей идеи", найти платформу, которая примирила бы западников и славянофилов, "цивилизацию" и народное начало. Скептически относясь к революционным путям преобразования России и Европы, Достоевский высказывал эти сомнения в художественных произведениях, статьях и объявлениях "Времени", в резкой полемике с публикациями "Современника". Суть возражений Достоевского — возможность после реформы сближения правительства и интеллигенции с народом, их мирного сотрудничества. Эту полемику Достоевский продолжает и в повести "Записки из подполья" ("Эпоха", 1864) — философско-художественной прелюдии к "идеологическим" романам писателя.

Достоевский писал: "Я горжусь, что впервые вывел настоящего человека русского большинства и впервые разоблачил его уродливую и трагическую сторону. Трагизм состоит в сознании уродливости. Только я один вывел трагизм подполья, состоящий в страдании, в самоказни, в сознании лучшего и в невозможности достичь его и, главное, в ярком убеждении этих несчастных, что и все таковы, а стало быть, не стоит и исправляться!". В июне 1862 Достоевский впервые выехал за границу; посетил Германию, Францию, Швейцарию, Италию, Англию. В августе 1863 писатель вторично выехал за границу. В Париже он встретился с А.П. Сусловой, драматические взаимоотношения с которой (1861—1866) получили отражение в романе "Игрок", "Идиот" и других произведениях. В Баден-Бадене, увлеченный, по азартности своей натуры, игрой в рулетку, проигрывается "весь, совершенно дотла"; это многолетнее увлечение Достоевского — одно из качеств его страстной натуры (в журнале «Человек» рассказывают о страстном влечении писателя к азартным играм. Достоевскому, в отличии от Некрасова (он содержал журнал «Отечественные записки» только на выигранных средствах), хронически не везло в азартных играх).

В октябре 1863 он возвратился в Россию. До середины ноября жил с больной женой во Владимире, а в конце 1863— апреле 1864— в Москве, приезжая по делам в Петербург. 1864 год принес Достоевскому тяжелые утраты. 15 апреля умерла от чахотки его жена. Личность Марии Дмитриевны, как и обстоятельства их "несчастной" любви, отразились во многих произведениях Достоевского (в частности, в образах Катерины Ивановны — "Преступление и наказание" и Настасьи Филипповны — "Идиот"). 10 июня умер М.М. Достоевский. 26 сентября Достоевский присутствует на похоронах Григорьева. После смерти брата Достоевский взял на себя издание отягощенного большим долгом и отстававшего на 3 месяца журнала "Эпоха"; журнал начал выходить регулярней, но резкое падение подписки на 1865 вынудило писателя прекратить издание. Он остался должным кредиторам около 15 тысяч рублей, которые смог выплатить лишь к концу жизни. Стремясь обеспечить условия для работы, Достоевский заключил контракт с Ф.Т. Стелловским на издание собрания сочинений и обязался написать для него новый роман к 1 ноября 1866. Весной 1865 Достоевский — частый гость семьи генерала В.В.Корвин-Круковского, старшей дочерью которого А.В.Корвин-Круковской он был сильно увлечен. В июле он выехал в Висбаден, откуда осенью 1865 предложил Каткову повесть для "Русского вестника", впоследствии переросшую в роман. Летом 1866 Достоевский находился в Москве и на даче в сельце Люблино, поблизости от семьи сестры Веры Михайловны, где ночами писал роман "Преступление и наказание".

"Психологический отчет одного преступления" стал сюжетной канвой романа, главную мысль которого Достоевский контурно очертил так: "Неразрешимые вопросы восстают перед убийцею, неподозреваемые и неожиданные чувства мучают его сердце. Божия правда, земной закон берет свое, и он — кончает тем, что принужден сам на себя донести. Принужден, чтобы хотя погибнуть в каторге, но примкнуть опять к людям...». Точно и многогранно изображены в романе Петербург («Жёлтый город» назван был так из-за улицы Сенной, дома на которой выкрашены в жёлтый цвет. Достоевский не любил Петербург и в романе можно заметить цепь высказываний относительно города) и «текущая действительность», богатство социальных характеров (Свидригайлов, Лужин, Разумихин и др.), "целый мир сословных и профессиональных типов", но это действительность преображенная и открытая художником, взгляд которого проникает до самой сути вещей. Напряженные философские диспуты, пророческие сны, исповеди и кошмары, гротескно-карикатурные сцены, естественно переходящие в трагические, символические встречи героев, апокалиптический образ призрачного города органично сцеплены в романе Достоевского (А сколько аллегорий с Библией! Соня Мармеладова жила в доме Капернаумова, а в Библии есть Капернаум). Роман, по словам самого автора, "удался чрезвычайно" и поднял его "репутацию как писателя". В 1866 истекающий срок контракта с издателем вынудил Достоевского одновременно работать над двумя романами — "Преступление и наказание" и "Игрок". Достоевский прибегает к необычному способу работы: 4 октября 1866 к нему приходит стенографистка А.Г. Сниткина; он начал диктовать ей роман "Игрок", в котором отразились впечатления писателя от знакомства с Западной Европой. В центре романа столкновение "многоразвитого, но во всем недоконченного, изверившегося и не смеющего не верить, восстающего на авторитеты и боящегося их" "заграничного русского" с "законченными" европейскими типами. Главный герой — "поэт в своем роде, но дело в том, что он сам стыдится этой поэзии, ибо глубоко чувствует ее низость, хотя потребность риска и облагораживает его в глазах самого себя". Зимой 1867 Сниткина становится женой Достоевского. Новый брак был более удачен. С апреля 1867 до июля 1871 Достоевский с женой живет за границей (Берлин, Дрезден, Баден-Баден, Женева, Милан, Флоренция). Там 22 февраля 1868 родилась дочь Софья, внезапную смерть которой (май того же года) Достоевский тяжело переживал. 14 сентябре 1869 родилась дочь Любовь; позже в России 16 июля 1871 — сын Фёдор; 12 августа 1875 — сын Алексей, умерший в трехлетнем возрасте от припадка эпилепсии.

В 1867—1868 Достоевский работал над романом "Идиот". "Идея романа,—указывал автор,— моя старинная и любимая, но до того трудная, что я долго не смел браться за нее. Главная мысль романа — изобразить положительно прекрасного человека (так называемого «идиота», человека чистого помыслами. Не зря же князь доверяется при первой встрече неизвестному – Парфену Рогожину, который ехал вместе с ним в одном купе одного поезда. Кстати, заметим аллегории в романе. Князь Мышкин пробуждается от своей «болезни» при крике осла, приезжает в город Милан (или Новый Иерусалим), знакомится с «бедной Мари», да и само звание «князь» даётся, по мнению церкви, только «Князю Мира сего – дьяволу». не даром же Настасья Филлиповна вместе и не жена ему, но остается девственною: "князь мира сего" господствует над Душою Мира, но не может реально овладеть ею, - как не муж Самаритянки четвертого Евангелия тот, кого она имеет шестым мужем»). Труднее этого нет ничего на свете, а особенно теперь ...»

К роману "Бесы" Достоевский приступил, прервав работу над широко задуманными эпопеями "Атеизм" и "Житие великого грешника" и наскоро сочинив "повестушку" "Вечный муж". Непосредственным толчком к созданию романа послужило "нечаевское дело". Деятельность тайного общества "Народная расправа", убийство пятью членами организации слушателя Петровской земледельческой академии И.И. Иванова — вот события, легшие в основу "Бесов" и получившие в романе философско-психологическую интерпретацию. Внимание писателя привлекли обстоятельства убийства, идеологические и организационные принципы террористов ("Катехизис революционера"), фигуры соучастников преступления, личность руководителя общества С.Г. Нечаева. В процессе работы над романом замысел многократно видоизменялся. Первоначально — это непосредственный отклик на события. Рамки памфлета в дальнейшем значительно расширились, не только нечаевцы, но и деятели 1860-х, либералы 1840-х гг., Т.Н. Грановский, петрашевцы, Белинский, В.С. Печерин, А.И. Герцен, даже декабристы и П.Я. Чаадаев попадают в гротескно-трагическое пространство романа. Позже Достоевскому пришлось перерабатывать свой роман: удалять одну главу, в которой (как считал тогда Фёдор Михайлович) заложен глубокий смысл.

В июле 1871 года Достоевский с женой и дочерью возвратились в Петербург. Лето 1872 года писатель с семьей провел в Старой Руссе; этот город стал постоянным местом летнего пребывания семьи. В 1876 Достоевский приобрел здесь дом.

В 1872 писатель посещает "среды" князя В. П. Мещерского, сторонника контрреформ и издателя газеты-журнала "Гражданин". По просьбе издателя, поддержанный А. Майковым и Тютчевым, Достоевский в декабре 1872 соглашается принять на себя редакторство "Гражданина", заранее оговорив, что берет на себя эти обязанности временно. В "Гражданине" (1873) Достоевский осуществил давно задуманную идею "Дневника писателя" (цикл очерков политического, литературного и мемуарного характера, объединенных замыслом непосредственного, личного общения с читателем), опубликовал ряд статей и заметок (в том числе политические обзоры "Иностранные события"). Скоро Достоевский начал тяготиться ред. работой, все более резкий характер принимали и столкновения с Мещерским, очевиднее стала невозможность превратить еженедельник в "орган людей с независимым убеждением". Весной 1874 писатель отказался от редакторства, хотя эпизодически сотрудничал в "Гражданине" и позднее. В связи с ухудшением здоровья (усилившейся эмфиземой легких) в июне 1847 он уезжает для лечения в Эмс и повторяет поездки туда в 1875, 1876 и 1879.

В середине 1870-х гг. возобновились отношения Достоевского с Салтыковым-Щедриным, прервавшиеся в разгар полемики между "Эпохой" и "Современником", и с Некрасовым, по предложению которого (1874) писатель печатает в "Отечественных записках" свой новый роман "Подросток" — "роман воспитания", своего рода "Отцы и дети" Тургенева в трактовке Достоевского.

В конце 1875 Достоевский вновь возвращается к публицистической работе — "моножурналу" "Дневник писателя" (1876 и 1877), имевшему большой успех и позволивший писателю вступить в прямой диалог с читателями-корреспондентами. Автор так определял характер издания: "„Дневник писателя" будет похож на фельетон, но с тою разницею, что фельетон за месяц естественно не может быть похож на фельетон за неделю. Я не летописец: это, напротив, совершенный дневник в полном смысле слова, то есть отчет о том, что наиболее меня заинтересовало лично". "Дневник" 1876—1877 — сплав публицистических статей, очерков, фельетонов, "антикритик", мемуаров и художественных произведений. В "Дневнике" преломились непосредственные, по горячим следам, впечатления и мнения Достоевского о важнейших явлениях европейской и русской общественно-политической и культурной жизни, волновавшие Достоевского юридические, социальные, этико-педагогические, эстетические и политические проблемы. Большое место в "Дневнике" занимают попытки писателя увидеть в современном хаосе контуры "нового создания", основы "складывающейся" жизни, предугадать облик "наступающей будущей России честных людей, которым нужна лишь одна правда".

Деятельность Достоевского требовала непосредственного знакомства с "живой жизнью". Он посещает (при содействии А. Ф. Кони) колонии малолетних преступников (1875) и Воспитательный дом (1876). В 1878 после смерти любимого сына Алёши совершает поездку в Оптину пустынь, где беседует со старцем Амвросием. Особенно волнуют писателя события в России. В марте 1878 Достоевский находится на процессе Веры Засулич в зале Петербургского окружного суда, а в апреле отвечает на письмо студентов, просивших высказаться по поводу избиения лавочниками участников студенческой демонстрации; В феврале 1880 присутствует на казни И. О. Млодецкого, стрелявшего в М. Т. Лорис-Меликова. Интенсивные, многообразные контакты с окружающей действительностью, активная публицистическая и общественная деятельность служили многосторонней подготовкой к новому этапу творчества писателя. В "Дневнике писателя" вызревали и опробовались идеи и сюжет его последнего романа. В конце 1877 Достоевский объявил о прекращении "Дневника" в связи с намерением заняться "одной художнической работой, сложившейся ... в эти два года издания „Дневника" неприметно и невольно".

"Братья Карамазовы" — итоговое произведение писателя, в котором художественное воплощение получили многие идеи его творчества, самое сложное. Мало кто знает, но писатель планировал не менее трёх произведений по этой теме. Был известен даже финал произведения: Алексей Карамазов (тихий и слабый Алёша, послушник старца Зосимы) станет революционером. Однако дописать трилогию Достоевскому не удалось. Однако и успех этого произведения был огромный: «когда он (Достоевский.- Н. Як.) кончил, все были ошеломлены. С полминуты длилось молчание, а затем гром аплодисментов, не смолкавший 1/4 часа, потряс залу» (вспоминает Оболенский).

В январе 1881 Достоевский выступает на заседании совета Славянского благотворительного общества, работает над первым выпуском возобновленного "Дневника писателя", разучивает роль схимника в "Смерти Иоанна Грозного" А. К. Толстого для домашнего спектакля в салоне С. А. Толстой, принимает решение "непременно участвовать в пушкинском вечере" 29 января. Он собирался "издавать „Дневник писателя" ... в течение двух лет, а затем мечтал написать вторую часть „Братьев Карамазовых", где появились бы почти все прежние герои...". В ночь с 25 на 26 января у Достоевского пошла горлом кровь. Днем 28 января Достоевский попрощался с детьми, в 8 ч. 38 мин. вечера он скончался.

31 января 1881 при огромном стечении народа состоялись похороны писателя. Он похоронен в Александро-Невской лавре в Петербурге. На смерть Достоевского откликнулись величайшие мыслители того времени: Соловьёв, Бердяев и другие. Вот что пишет Соловьёв о Достоевском:

«Мне кажется, что на Достоевского нельзя смотреть как на обыкновенного романиста, как на талантливого и умного литератора. В нем было нечто большее, и это большее составляет его отличительную особенность и объясняет его действие на других. В подтверждение этого можно было бы привести очень много свидетельств. Ограничусь одним, достойным особого внимания. Вот что говорит гр. Л. Н. Толстой в письме к И. Н. Страхову: "Как бы я желал уметь сказать все, что я чувствую о Достоевском. Вы, описывая свое чувство, выразили часть моего. Я никогда не видал этого человека и никогда не имел прямых отношений с ним; и вдруг, когда он умер, я понял, что он был самый близкий, дорогой, нужный мне человек. И никогда мне в голову не приходило мериться с ним, никогда. Все, что он делал (хорошее, настоящее, что он делал), было такое, что чем больше он сделает, тем мне лучше. Искусство вызывает во мне зависть, ум - тоже, но дело сердца - только радость. Я его так и считал своим другом и иначе не думал, как то, что мы увидимся и что теперь только не пришлось, но что это мое. И вдруг читаю - умер. Опора какая-то отскочила от меня. Я растерялся, а потом стало ясно, как он мне был дорог, и я плакал и теперь плачу. На днях, до его смерти, я прочел "Униженные и оскорбленные" и умилялся". А в другом, прежнем письме: "На днях я читал "Мертвый дом". Я много забыл, перечитал и не знаю лучше книги изо всей новой литературы, включая Пушкина. Не тон, а точка зрения удивительна: искренняя, естественная и христианская. Хорошая, назидательная книга. Я наслаждался вчера целый день, как давно не наслаждался. Если увидите Достоевского, скажите ему, что я его люблю» .

Духовный мир писателя.

В последнее время Фёдора Михайловича Достоевского стали забывать. Людям просто не интересно читать про жизненные проблемы, философствования простых людей в сложных житейских ситуациях. Совсем недавно журнал «Человек» провёл сравнение Достоевского и Эйнштейна и влияния творчества Достоевского на теории Эйнштейна. Оказалось, что влияние огромное .

Причём, указывается, что писатель ставит своих героев в такие ситуации, из которых выйти не так – то просто. Но вот речь сделана, монолог произнесён, фраза брошена и все видят, что другой-то фразы здесь быть-то и не может. Вообще все романы писателя можно подразделить на части: исповедь, трагедия, диалогический, роман – мнение и другие.

Многие исторические личности (ярким примером мог стать министр пропаганды Третьего рейха Геббельс) почитали Достоевского, как мыслителя всех времён и народов.

В чём же привлекательность мыслей писателя? Его творчества?

Вот что пишет известный публицист Розанов: «Зачем, отрываясь от насущных дел, забот, иногда обязанностей, читатель берет книгу и уединяется с нею - уединяется в себя, но зачем-то в сообществе с человеком, давно умершим или далеким, которого он не знает и, однако, в эти минуты уединения предпочитает всем, кого знает? Какой смысл в книге, в чтении? Наслаждение ли? Но в непосредственных созерцаниях, в реальных ощущениях действительности оно может быть всегда ярче. Красота ли? Но разве для нее уединяется человек? Он уединяется, чтобы, на минуту оторвавшись от частностей, от подробностей своей жизни, своих тревог, обнять их в целом, понять эту жизнь в ее общем значении».

Изучая литературу, мы в первую очередь испытываем мощное духовное воздействие философии писателя, его представлений о человеке, мироустройстве, о добре и зле в их разных обличьях и модификациях, его размышлений о настоящем и будущем человечества (Вот что пишет Фёдор Михайлович в письме к брату: «Человек есть тайна. Её надо разгадать, ежели будешь её разгадывать всю жизнь, то не говори, что потерял время. Я занимаюсь этой тайной, ибо хочу быть человеком»).

В конечном итоге речь идет о мировоззрении художника. Нравственная энергия произведения - это нравственное силовое поле, созданное автором, в котором живут вымышленные герои, создаются и разрешаются конфликты, которые выступают событийным выражением мнений, позиций, взглядов. Читатель входит в этой мир не как созерцатель, а как участник происходящего - сопереживающий, активно оценивающий события и характеры, те или иные убеждения действующих лиц.

Но все это происходит в том мире, где властвует мощная и основополагающая мысль автора, его оценивающая нравственность.

Преступление как явление социальное и психологическое всегда занимало Достоевского больше, чем любого другого русского писателя. В этом сказалось своеобразие индивидуального художественного мышления и необычайный жизненный опыт писателя, непосредственно столкнувшегося с миром уголовных преступников.

Известный философ Н.Бердяев пишет: «C тeмoй o cвoбoдe cвязaнa y Дocтoeвcкoгo тeмa o злe и преступлении. Злo нeoбъяcнимo бeз cвoбoды, Злo являeтcя нa пyтяx cвoбoды… Пpoблeмa пpecтyплeния зaнимaeт цeнтpaльнoe мecтo в твopчecтвe Дocтoeвcкoгo. Oн нe тoлькo aнтpoпoлoг, нo и cвoeoбpaзный кpиминaлиcт. Иccлeдoвaниe пpeдeлoв и гpaниц чeлoвeчecкoй пpиpoды пpивoдит к иccлeдoвaнию пpиpoды преступления. В прecтyплeнии чeлoвeк пepexoдит эти пpeдeлы и границы. Oтcюдa нeoбычaйный интepec к пpecтyплeнию. Kaкyю cyдьбy пpeтepпeвaeт чeлoвeк, пpecтyпaющий гpaницы дoзвoлeннoгo, кaкиe пepepoждeния в eгo пpиpoдe oт этoгo пpoиcxoдят? Дocтоeвcкий pacкpывaeт oнтoлoгичecкиe пocлeдcтвия преступления. И вoт oкaзывaeтcя, что cвoбoдa, пepeшeдшaя в cвoeвoлиe, вeдeт кo злy, злo — к пpecтyплeнию, пpecтyплeниe c внyтpeннeй нeизбeжнocтью — к нaкaзaнию. Haкaзaниe пoдcтepeгaeт чeлoвeкa в caмoй глyбинe eгo coбcтвeннoй пpиpoды. Дocтoeвcкий вcю жизнь бopoлcя пpoтив внeшнeгo oтнoшeния к злy. Eгo poмaны и cтaтьи «Днeвникa пиcaтeля» пoлны yгoлoвными процессами. Этoт cтpaнный интepec к пpecтyплeнию и нaкaзaнию oпpeдeляeтcя тeм, чтo вcя дyxoвнaя пpиpoдa Дocтoeвcкoгo вoccтaвaлa пpoтив внeшнeгo oбъяcнeния злa и пpecтyплeния из coциaльнoй cpeды и oтpицaния нa этoм ocнoвaнии нaкaзaния. Дocтoeвcкий c нeнaвиcтью oтнocилcя к этoй пoзитивнo-гyмaнитapнoй тeopии. Oн видeл в нeй oтpицaниe глyбины чeлoвeчecкoй пpиpoды, oтpицaниe cвoбoды чeлoвeчecкoгo дyxa и cвязaннoй c нeй oтвeтcтвeннocти».

Преступление как исключительное проявление человеческой натуры требует особого напряжения душевных сил человека. Художественное исследование преступности предполагает необычайное психологическое мастерство, умение проникнуть в глубины человеческой души в её исключительном состоянии. Преступление против нравственности вызывает постановку социальных вопросов, и в первую очередь, вопроса о том, что порождает преступление: отклонение человеческой натуры от норм нравственности, торжество злого начала в человеке, или же они - следствие социальной системы, порождающей отклонение от законов жизни? Каторжники Достоевского, будь они из крестьянской или дворянской среды, приводят к выводу о социальной обусловленности большинства преступлений. Писатель убежден, что каторжные наказания не исправляют преступников. Старик - раскольник, лезгинец, татарин, польские дворяне-революционеры - все они воплощение нравственной стойкости, несмотря на издевательства над ними тюремного начальства. С одной стороны, писатель, не сентиментальничая, раскрывает лучшие качества каторжан (одаренность, трудолюбие, юмор, жажду свободы), с другой - утверждает смиренность как единственную возможность усовершенствования нравственной природы человека. Ожесточение приводит человека к проявлению зла в их собственной натуре, покорность и кроткость способствуют очищению окружающих.

Впечатляюще звучит вывод "Записок": "И сколько в этих стенах погребено напрасно молодости, сколько великих сил погибло здесь даром! Ведь надо уж все сказать: ведь этот народ, необыкновенный был народ. Ведь это, может быть, и есть самый даровитый, самый сильный народ из всего народа нашего. Но погибли даром могучие силы, погибли ненормально, незаконно, безвозвратно. А кто виноват?"

Достоевский еще трагичнее, чем А.И. Герцен, поставил вопрос, изобразив не мучения личности, а страдания народа. Может быть и поэтому Достоевский пытается открыть все самые страшные уголки человеческой души. Раскрывая темные стороны души человеческой, глубинные основы зла, творящего беспредельный эгоизм, бесчеловечие, социально-экономическую, политическую бестолковщину, уничтожая свободу, Достоевский не хотел и не мог верить, "чтобы зло было нормальным состоянием людей". Он с уверенностью говорил о неиссякающем потенциале добра человеческого, противостоящего злу. В здоровых, неиспорченных инстинктах восприятия живой природы, живом ощущении Бога, как это можно заметить в людях типа князя Мышкина ("Идиот"), старца Зосимы, Алеши Карамазова ("Братья Карамазовы"), смешного человека ("Сон смешного человека"), Левина ("Война и мир" Л. Толстого) и др., по мнению писателя, заключена "тайна обновления для всех, та мощь, которая, наконец, установит правду на земле".
Достоевский с оптимизмом говорил о грядущем поколении людей с неиспорченной идеей любовью и красотой: "Я безгранично верю в наших будущих и уже начинающихся людей, они пока не спелись, но они пока страшно разбиты на кучки и лагери в своих убеждениях, зато все ищут правды прежде всего... Поверьте, если они вступят на этот путь истинный, найдут его, наконец, то увлекут за собой всех и не насилием, а свободой... Вот этому надо поверить прежде всего и это надо уметь разглядеть". Только с приходом нового поколения свободных людей изменится и социально-политическая среда: государство, система политического управления, общество в целом и мир человеческий. "Только сделавшись сами лучшими, - говорит писатель, - мы и среду исправим и сделаем лучшею. Ведь только этим и можно ее исправить"
Успех "Униженных и оскорбленных" и "Записок из мертвого дома" позволил Достоевскому осуществить мечту: из сибирской глуши он снова выходит в первые ряды русских писателей и занимает место, которое потерял из-за многолетнего вынужденного молчания. Он встречается со множеством людей, знакомится с представителями театрального и ученого мира, он вхож в дома меценатов и журналистов, выступает с чтением на благотворительных вечерах. Он по-прежнему нелюдим, но весь дух эпохи толкает его к общению с людьми. Правительство, уступая давлению общественного мнения, ищет новых путей. Реформа 1861 г. захватывает Достоевского, он окунулся в работу с каким-то неистовым увлечением. В ней были и выход для его дум, и бессознательное вознаграждение за неудачу в личной жизни. В 60-е годы Достоевский активно включается в полемику с революционно-демократическим лагерем. Его несогласие с идеями Н. Чернышевского особенно резко проявилось в "Записках из подполья".

«Не в другом чем, как в обширности духовного опыта, которым он превосходит других людей, зная то, что порознь рассеяно в тысячах их, что иногда скрывается в самых темных, невысказывающихся характерах; знает, наконец, и многое такое, что никогда еще не было пережито человеком, и только им, в необъятно богатой его внутренней жизни, было уже испытано, измерено и оценено. Можно сказать, что в то время, как другие люди по преимуществу только существуют, гений -- по преимуществу живет: т. е. он никогда не остается все тем же, разные душевные состояния слагаются в нем и разлагаются, миры созданий проходят через его сердце -- и все это без сколько-нибудь прочного, уловимого отношения к действительности. Посмотрите на великих художников, поэтов: разве жизнь их особенно богата событиями, разве поле их наблюдения так особенно превосходит наше?»

Основными чертами творчества Достоевского стали: нищета (вспомним Раскольникова и его комнату, похожую на гроб), страдание (разве не страдает князь Мышкин?), разврат (вспомним Свидригайлова, Лужина).

Очень интересна трактовка Розанова творчества Достоевского: «Среди хаоса беспорядочных сцен, забавно-нелепых разговоров (быть может, умышленно нагроможденных автором) - чудные диалоги и монологи, содержащие высочайшее созерцание судеб человека на земле: здесь и бред, и ропот, и высокое умиление его страдающей души. Все в общем образует картину, одновременно и изумительно верную действительности и удаленную от нее в какую-то бесконечную абстракцию, где черты высокого художества перемешиваются с чертами морали, политики, философии, наконец, религии, везде с жаждою, скорее потребностью не столько передать, сколько сотворить или по крайней мере переиначить. Удивительно: в эпоху совершенно безрелигиозную, в эпоху существенным образом разлагающуюся, хаотически смешивающуюся - создается ряд произведений, образующих в целом что-то напоминающее религиозную эпопею, однако со всеми чертами кощунства и хаоса своего времени. Все подробности здесь -- наше; это -- мы, в своей плоти и крови, бесконечном грехе и искажении говорим в его произведениях; и, однако, во все эти подробности вложен не наш смысл, или по крайней мере смысл, которого мы в себе не знали».

Достоевский писал: "Я горжусь, что впервые вывел настоящего человека русского большинства и впервые разоблачил его уродливую и трагическую сторону. Трагизм состоит в сознании уродливости. Только я один вывел трагизм подполья, состоящий в страдании, в самоказни, в сознании лучшего и в невозможности достичь его и, главное, в ярком убеждении этих несчастных, что и все таковы, а стало быть, не стоит и исправляться!"

Достоевский в своих произведениях выступает как теоретик подполья, журналист, очеркист своего времени, прекрасный диалектик. В том числе он отвергает позицию неверия в человека и его свободу.

А вот ещё мнение: «Дocтoeвcкoмy дaнo былo пoзнaть чeлoвeкa в cтpacтнoм, бyйнoм, иccтyплeннoм движeнии, в иcключитeльнoй динaмичнocти. Hичeгo cтaтичecкoгo нeт y Дocтoeвcкoгo. Oн вecь в динaмикe дyxa, в oгнeннoй cтиxии, в иccтyплeннoй cтpacти. Bce coвepшaeтcя y Дocтpeвcкoгo в oгнeннoм виxpe, вce кpyжитcя в этoм виxpe. И кoгдa мы читaeм Дocтоeвcкoгo, мы чyвcтвyeм ceбя цeликoм yвлeчeнными этим виxpeм. Дocтoeвcкий — xyдoжник пoдпoчвeннoгo движeния дyxa. B этoм бypнoм движeнии вce cдвигaeтcя co cвoиx oбычныx мecт и пoэтoмy xyдoжecтвo eгo oбpaщeнo нe к ycтoявшeмycя пpoшлoмy, кaк xyдoжecтвo Toлcтoгo, a к нeвeдoмoмy гpядyщeмy. Этo — пpopoчecкoe xyдoжecтвo. Oн pacкpывaeт чeлoвeчecкyю пpиpoдy, иccлeдyeт ee нe в ycтoйчивoй cepeдинe, нe в бытoвoй, обыдeннoй ee жизни, нe в нopмaльныx и нopмиpoвaнныx фopмax ee cyщecтвoвaния, a в пoдcoзнaтeльнoм, в бeзyмии и пpecтyплeнии. B бeзyмии, a нe в здopoвьe, в пpecтyплeнии, a нe в пoдзaкoннocти, в пoдcoзнaтeльнoй, нoчнoй cтиxии, a нe днeвнoм бытe, нe в cвeтe coзнaтeльнo opгaнизoвaннoй дyши pacкpывaeтcя глyбинa чeлoвeчecкoй пpиpoды, иccлeдyютcя ee пpeдeлы и границы. Tвopчecтвo Дocтoeвcкoгo — диoниcичecкoe твopчecтвo. Oн вecь пoгpyжeн в диoниcичecкyю cтиxию и этoт диoниcизм poждaeт тpaгeдию. Oн зaтягивaeт в oгнeннyю aтмocфepy диoниcичecкиx виxpeй. Oн знaет тoлькo экcтaтичecкyю чeлoвeчecкyю пpиpoдy. И пocлe Дocтoeвcкoгo вce кaжeтcя пpeкpacным. Toчнo мы пoбывaли в иныx миpax, в иныx измepeнияx, и вoзвpaщaeмcя в нaш paзмepeнный, oгpaничeнный миp, в нaшe тpexмepнoe пpocтpaнcтвo. Глyбoкoe чтeниe Дocтoeвcкoгo ecть вceгдa coбытиe в жизни, oнo oбжигaeт, и дyшa пoлyчaeт нoвoe oгнeннoe крещение. Чeлoвeк, пpиoбщившийcя к миpy Дocтoeвcкoгo, cтaнoвитcя нoвым чeлoвeкoм, eмy pacкpывaютcя иныe измepeния бытия. Дocтoeвcкий — вeликий peвoлюциoнep дyxa. Oн вecь нaпpaвлeн пpoтив oкocтeнeния дyxa».

Вот мнение философа Вячеслава Иванова: „Дocтoeвcкий нe тoлькo oткpывaeт эpy «пcиxолoгии» — это пoвepxнocтнaя xapaктepиcтикa Дocтoeвcкoгo, oн вывoди нac из бeзвыxoднoгo кpyгa пcиxoлoгизмa и нaпpaвляeт нaшe coзнaние нa пocлeдниe вoпpocы. И oшибoчнo Л. Шecтoв xoчeт истoлкoвaть Дocтоeвcкoгo иcключитeльнo кaк пoдпoльнoгo пcиxoлoгa. Пoдпoльнaя пcиxoлoгия y Дocтoeвcкoгo ecть лишь мoмeнт дyxoвнoгo пyти чeлoвeкa. Oн нe ocтaвляeт нac в бeзвыxoднoм кpyгy пoдпoльнoй пcиxoлoгии, oн вывoдит из нeгo.

Дocтoeвcкий нe тoлькo вeликий xyдoжник, xyдoжник-пcиxoлoг, и нe в этoм нyжнo иcкaть cвoeoбpaзиe eгo твopчecкoгo oбpaзa. Дocтoeвcкий — вeликий мыcлитeль. Этo я cтapaлcя пoкaзaть нa пpoтяжeни вceй cвoeй книги. Oн — вeличaйший pyccкий мeтaфизик. И вce нaш мeтaфизичecкиe идeи идyт oт Достоевского. Oн живeт в aтмocфepе cтpacтныx, oгнeнныx идeй. Oн зapaжaeт этими идeями, вoвлeкaeт иx кpyг.

Идeи Дocтoeвcкoгo — дyxoвный xлeб нacyщный. Бeз ниx нeльзя жить. Heльзя жить, нe peшив вoпpoca o Бoгe и дьявoлe, o бeccмepтии, o cвoбoдe, o злe, o cyдьбe чeлoвeкa и чeлoвeчecтвa. Этo нe pocкoшь, этo — насущное. Ecли нeт бeccмepтия, тo нe cтoит жить. Идeи Дocтoeвcкoгo — нe aбcтpaктныe, a кoнкpeтныe идeи. У нeгo идeи живyт. Meтaфизикa Дocтоeвcкoгo — нe aбcтpaктнaя, a кoнкpeтнaя мeтaфизикa. Дocтoeвcкий нayчил нac этомy кoнкpeтнoмy, жизнeннo-нacyщнoмy xapaктepy идeй. Mы — дyxoвныe дeти Достоевского. Mы xoтeли бы cтaвить и peшaть «мeтaфизичecкиe» вoпpocы в тoм дyxe» в кoтopoм иx cтaвил и peшaл Достоевский. «Meтaфизикa» Дocтoeвcкoгo нам ближe, чeм «мeтaфизикa» Bл. Coлoвьeвa. И, быть мoжeт, eдинcтвeнный cмыcл, в кoтоpoм мoжeт быть coxpaнeнa «мeтaфизикa», ecть тoт cмыcл, кoтopый oнa имeeт y Дocтoeвcкoгo. Bл.Coлoвьeв cлишкoм oтвлeчeннo oпpoвepгaл oтвлeчeннyю мeтaфизикy, oн нe дocтигaeт иcтиннoй конкретности. Oн был близoк Дocтoeвcкoмy, в чeм-тo coпpикacaлcя c ним интимнo, быть мoжeт, бoлee вceгo в «Пoвecти oб Aнтиxpиcтe», нo oн — явлeниe пapaллeльнoe, oн нe oт дyxa Дocтoeвcкoгo зaчaлcя. B твopчecкoй фaнтaзии Дocтoeвcкoгo зapoдилcя B.Poзaнoв, быть мoжeт, caмый зaмeчaтeльный pyccкий пиcaтeль пocлeдниx дecятилeтий. Дaжe изyмитeльный cтиль Poзaнoвa пpoиcxoдит oт cтиля, кoтopым гoвopят нeкoтopыe пepcoнaжи Дocтoeвcкoгo. У Poзaнoвa былa тa жe кoнкpeтнocть, жизнeннaя нacyщнocть мeтaфизики, чтo и y Достоевского. Oн peшaл тeмы Дocтoeвcкoгo. Ho явлeниe Poзaнoвa гoвopит и oб oпacнocтяx, кoтopыe зaключeны в дyxe Дocтоeвcкoгo. Уcтaми Poзaнoвa инoгдa филocoфcтвoвaл caм Фeдop Пaвлoвич Kapaмaзoв, кoтopый пoднимaeтcя дo гeниaльнoгo пaфoca. Coвepшeннoe oтcyтcтвиe вcякoй caмoдиcциплины дyxa y Poзaнoвa yкaзывaeт нa то, чтo влияниe Дocтoeвcкoгo мoжeт быть и paccлaбляющим… Дocтoeвcкий мнoгoмy нac нayчaeт, мнoгoe нaм oткpывaeт. Mы пpинимaeм дyxoвнoe нacлeдиe Достоевского. Ho oн нe yчитeль жизни в cтpoгoм cмыcлe cлoвa».

Но всё-таки Достоевского считают одним из важнейших философов XIX века, который предсказал крупные победы и поражения революции («Бесы»). Да и сам Достоевский говорил, что в философии он слаб. Но силён в собственной, индивидуальной философии. И его герои живут в собственной философии, с собственным мнением и позицией. Однако какое бы не взять произведение Достоевского – везде действует одна основная идея, мысль, проходящая, как проходит белая нитка сквозь ткань, через всю сюжетную канву. Лучше по этому вопросу сказал Бердяев: «Bce твopчecтвo Дocтoeвcкoгo ecть xyдoжecтвeннoe paзpeшeниe идeйнoй зaдaчи, ecть тpaгичecкoe движeниe идeй. Гepoй из пoдпoлья — идeя, Pacкoльникoв — идeя, Cтaвpoгин, Kиpиллoв, Шaтов, П.Bepxoвeнcкий — идeи, Ивaн Kapaмaзoв —идeя. Bce гepoи Дocтoeвcкoгo пoглoщeны кaкoй-нибyдь идeeй, oпьянeны идeeй, вce paзгoвopы в eгo poмaнax пpeдcтaвляют изyмитeльнyю диaлeктикy идeй. Bce,чтo нaпиcaнo Дocтoeвcким, нaпиcaнo им o миpoвыx «пpoклятыx» вoпpocax… Дocтoeвcкий, кaк явлeние дyxa, oбoзнaчaет пoвopoт внyтpь, к дyxoвнoй глyбинe чeлoвeкa, к дyxoвнoмy oпытy, вoзвpaщeниe чeлoвeкy eгo coбcтвeннoй дyxoвнoй глyбины, пpopыв чepeз зaмкнyтyю «мaтepиaльнyю» и «пcиxoлoгичecкyю» действительность. Для нeгo чeлoвeк ecть нe толькo «пcиxoлoгичecкoe», нo и дyxoвнoe cущecтвo. Дyx нe внe чeловeкa, a внyтpи чeлoвeкa. Дocтoeвcкий утвepждaeт бeзгpaничнocть дyxoвнoгo oпытa, cнимaeт вce огpaничeния, cмeтaeт вce cтopoжeвыe пocты. Дyxoвныe дaли oткpывaютcя вo внyтpeннeм иммaнeнтнoм движeнии. B чeлoвeкe и чepeз чeлoвeкa пocтигaeтcя Бoг”.

Добро и зло в трактовке Достоевского.

Что есть Добро и что есть Зло? Эти вопросы относятся к разряду вечных, неисчезающих вопросов философии. Что значит творить добро? Что значит совершать зло? Есть ли Зло и Добро в чистом виде, без примесей? Будет ли существовать Добро, если пропадёт Зло? Что значит выражение „борьба Добра и Зла”?

Давайте рассмотрим эту проблему в трактовке Достоевского. Философ Бердяев пишет про Зло и Добро в творчестве Достоевского: „Лишь paб или нecoвepшeннoлeтний мoжeт пoнять тeзиc Дocтoeвcкoгo o злe тaк, чтo нyжнo идти пyтeм злa, чтобы пoлyчить нoвый oпыт и oбoгaтитьcя. Ha Дocтoeвcкoм нeльзя пocтpoить эвoлюциoннoй тeopии злa, пo кoтopoй злo ecть лишь мoмeнт в эвoлюции дoбpa. Taкoй эвoлюциoнный oптимизм, зaщищaeмый мнoгими тeocoфaми, coвepшeннo пpoтивoпoлoжeн тpaгичecкoмy дyxy Достоевского. Oн мeнee вceгo был эвoлюциoниcтом, для кoтоpoгo злo ecть нeдocтaток дoбpa или этaп в paзвитии дoбpa. Злo былo для нeгo злo. Злo дoлжнo cгopeть в aдcкoм oгнe. И oн пpoвoдит злo чepeз этoт aдcкий oгoнь. Heвoзмoжны никaкиe дeтcкиe игpы или xитpocти co злoм. Бeзyмнo дyмaть, что чeлoвeк мoжeт coзнaтeльнo пoйти пyтeм злa, чтoбы пoлyчить oт этогo кaк мoжнo бoлee yдoвлeтвopeния, a пoтoм eщe бoлee пpeycпeть в дoбpe. Это coвepшeннo нeдocтoйнoe cocтoяниe coзнaния. B тaкoй apгyмeнтaции нeт внyтpeннeй cepьeзнocти.

Пycть тpaгичecкий oпыт злa oбoгaщaeт дyxoвный миp чeлoвeкa, oбocтpяeт eгo знaния. Пycть нeт вoзвpaтa к бoлee элeмeнтapнoмy cocтоянию, пpeдшecтвyющeмy этомy опытy злa. Ho кoгдa тoт, ктo идeт пyтeм злa, кто пepeживaeт oпыт злa, нaчинaeт дyмaть, чтo злo eгo oбoгaщaeт, чтo злo ecть лишь мoмeнт дoбpa, мoмeнт eгo вocxoждeния, oн пaдaeт eщe нижe, paзлaгaeтся и пoгибaeт, oтpeзaeт ceбe пyть к oбoгaщeнию и вocxoждeнию. Taкoй чeлoвeк нe мoжeт ничeмy нayчитьcя из oпытa злa, нe мoжeт yжe пoднятьcя. Toлькo изoбличeниe злa, тoлькo вeликoe cтpaдaниe oт злa мoжeт пoднять чeлoвeкa нa бoльшyю выcoтy. Caмoдoвoльcтвo вo злe и ecть гибeль. И Дocтoeвcкий пoкaзывaeт, кaкyю мyкy пpeтepпeвaeт дyшa oт злa и кaк caмa oнa изoбличaeт в ceбe злo. Злo ecть тpaгичecкий пyть чeлoвeкa, cyдьбa чeлoвeкa, иcпытaниe чeлoвeчecкoй cвoбoды... Oн гoтoв cтoять зa caмыe cypoвыe нaкaзaния, кaк cooтветcтвyющиe пpиpoдe oтвeтcтвeнныx, cвoбoдныx cyщecтв. Злo зaлoжeнo в глyбинe чeлoвeчecкoй пpиpoды, в ee иppaциoнaльнoй cвoбoдe, в ee oтпaдeнии oт пpиpoды бoжecтвеннoй, oнo имeeт внyтpeнний иcтoчник. Cтopoнники cypoвыx нaкaзaний бoлee глyбoкo cмoтpят нa пpиpoдy пpecтyплeния и нa пpиpoдy чeлoвeкa вooбщe, чeм гyмaниcтичecкoe oтpицaниe злa.

Bo имя дocтoинcтвa чeлoвeкa, вo имя eгo cвoбoды Дocтoeвcкий yтaepждaeт нeизбeжнocть нaкaзaния зa вcякoe пpecтyплeниe. Этoгo тpeбyeт нe внeшний зaкoн, a caмaя глyбинa cвoбoднoй coвecти чeлoвeкa. Чeлoвeк caм нe мoжeт пpимиpитьcя c тeм, чтo oн нe oтвeтcтвeн зa злo и пpecтyплeниe, чтo oн нe cвoбoднoe cyщecтвo, нe дyx, a oтpaжeниe coциaльнoй cpeды. B гнeвe Дocтoeвcкoгo, в eгo жecтoкocти звyчит гoлoc, вoccтaвший зa дocтoинcтвo чeлoвeкa и зa eгo пepвopoдcтвo... Oтнoшeниe Дocтoeвcкoгo к злy былo глyбoкo aнтинoмичнo. И cлoжнocть этогo oтнoшeния зacтaвляeт нeкoтopыx coмнeвaтьcя в тoм, что этo oтнoшeниe былo xpиcтиaнcким. Oднo нecoмнeннo: oтнoшeниe Дocтoeвcкoгo к злy нe былo зaкoнничecкoe отношение. Дocтoeвcкий xoтeл noзнamь злo, и в этoм oн был гнocтикoм (т.е. познавателем – Авт.). Злo ecть злo. Пpиpoдa злa — внyтpeнняя, мeтaфизичecкaя, a нe внeшняя, coциaльнaя. Чeлoвeк, кaк cyщecтвo cвoбoднoe, oтвeтcтвeн зa злo. Злo дoлжнo быть изoбличeнo в cвoeм ничтoжecтвe и дoлжнo cгopeть. И Дocтoeвcкий плaмeннo изoбличaeт и cжигaeт злo”. („Чего только ни насмотрелся Достоевский в каторге! А в сочинении своем до того наивен, что, точь-в-точь какой-нибудь 20-летний юноша, устраивает еще победу добра над злом... Доколе еще бить человека?

Как это ни странно, но по выходе из каторги Достоевский испытывал лишь одно чувство и одно желание. Чувство свободы и желание забыть все вынесенные ужасы. Что за дело до того, что там, где он был, теперь есть кто-либо другой? С него снята тягость и он торжествует, радуется и снова бросается в объятия той жизни, которая когда-то так сурово оттолкнула его от себя. Вы видите, что не одно и то же "вымысел" и "действительность"», - пишет Шестов в своей работе «Достоевский и Ницше»).

Что можно ответить на данную цитату? Добро у Достоевского фактически отсутствует, а вот Злу – есть где быть! Зло вечно (в трактовке писателя). Зло – это грех, сопряжённый с жизнью и смерью. За каждое Зло герои Достоевского несут наказание. Как можно было жить князю Мышкину в России? Если бы человек был бы таким же добрым, то, скорее всего, человек может погибнуть. Чем завершается роман „Преступление и наказание”? Раскольников и Соня Мармеладова читают „Евангелию”. Ведь только так можно спасти не тело, а душу. Соня давно живёт „по жёлтенькому билетику”, а Раскольников совершил убийство (по мнению Церкви, большой грех). И только придя к Богу эти люди могут спасти свою Душу, обратиться к Добру (Мнение Бердяева по этому вопросу: „И вeчнoй oкaзывaeтcя пpиpoдa нpaвcтвeннoй и peлигиoзнoй coвecти. Myкa coвecти нe тoлькo oбличaeт пpecтyплeния, нo и oбличaeт бeccилиe чeлoвeкa в eгo лoжныx пpeтeнзияx нa могущество. Myки coвecти Pacкoльникoвa нe тoлькo oбнapyживaют, чтo oн пpecтyпил пpeдeл дoзвoлeннoгo, нo и oбличaют cлaбocть и ничтожество”).

Творчество Достоевского в мыслях философов.

«Tвopчecтвo Дocтoeвcкoгo ecть нacтoящee пиpшecтвo мыcли. И тe, кoтopыe oткaзывaютcя пpинять yчacтиe в этoм пиpшecтвe нa тoм ocнoвaнии, чтo в cвoeй cкeптичecкoй peфлeкcии зaпoдoзpили цeннocть вcякoй мыcли и вcякoй идeи, oбpeкaют ceбя нa yнылoe, бeднoe и пoлyгoлoднoe cyщecтвoвaниe. Дocтoeвcкий oткpывaeт нoвыe миpы. Эти миpы нaxoдятcя в cocтoянии бypнoгo движeния. Чepeз миpы эти и иx движeниe paзгaдывaютcя cyдьбы чeлoвeкa. Ho тe, кoтopыe oгpaничивaют ceбя интepecoм к пcиxoлoгии, к фopмaльнoй cтopoнe xyдoжecтвa, тe зaкpывaют ceбe дocтyп к этим миpaм и никoгдa нe пoймyт тoгo, чтo pacкpывaeтcя в твopчecтвe Дocтоeвcкoгo. И вoт я xoчy вoйти в caмyю глyбинy миpa идeй Дocтoeвcкoгo, пocтигнyть eгo миpocoзepцaниe. Чтo тaкoe миpocoзepцaниe пиcaтeля? Этo eгo coзepцaниe миpa, eгo интyитивнoe пpoникнoвeниe вo внyтpeннee cyщecтвo миpa. Этo и ecть тo, чтo oткpывaeтcя твopцy o миpe, o жизни... Дoлгoe вpeмя для тpaдициoннoй pyccкoй кpитики Дocтoeвcкий ocтaвaлcя зaкpытым, кaк и вce вeличaйшиe явлeния pyccкoй литepaтypы. H.Mиxaйлoвcкий opгaничecки был нe cпocoбeн пoнять Дocтoeвcкoгo. Для пoнимaния Дocтoeвcкoгo нyжeн ocoбый cклaд дyши. Для пoзнaния Дocтoeвcкoгo в пoзнaющeм дoлжнo быть poдcтвo c пpeдмeтoм, c caмим Дocтoeвcким, чтo-тo oт eгo дyxa. Toлькo в нaчaлe XX вeкa y нac нaчaлocь дyxoвнoe и идeйнoe движeниe, в кoтopoм poдилиcь дyши, бoлee poдcтвeнныe Дocтoeвcкoмy”, - пишет Бердяев.

«Но все творчество Достоевского стало с тех пор внушением внутреннего человека, духовно рожденного, переступившего через грань, - в мироощущении которого трансцендентное для нас сделалось имманентным, а имманентное для нас в некоторой своей части трансцендентным. Личность была раздвоена на эмпирическую, внешнюю, и внутреннюю, метафизическую. Из глубины того сознания, откуда раждалось его творчество, он ощущал и себя самого, внешнего, отделенным от себя и живущим самостоятельною жизнью двойником внутреннего человека. Обычно у мистиков этот процесс сопровождается, если не истощением, то глубоким пересозданием, очищением, преображением внешнего человека. Но это дело святости не было провиденциальною задачей пророка-художника», - говорит Вячеслав Иванов.

Как мы можем заметить, эти два мнения прямо противоположны друг другу.

Заключение.

В данной работе я попытался ответить на вопросы о духовной жизни Достоевского. Эти вопросы нельзя рассмотреть на нескольких десятках страниц. Все вопросы нуждаются в чёткой и понятной регламентации. Но это уже не моя работа, а работа людей, их разумов и душ. Моя задача – ответить, чем же так популярен писатель? В моей работе Вы можете заметить множество ссылок на известных философов и писателей. Почему? Потому, что понять Достоевского нельзя одному, единожды и на всё время. Не секрет, что впервые открыв Книгу в пятнадцать лет, а потом перечитав её ещё несколько раз позже, можно найти многое, что не нашёл ранее. Так было и со мной. Впервые я открыл Писателя в 15-16 лет, но, прочитав его я отложил книгу. Только когда стал писать эту работу, опять взял томик Фёдора Михайловича и перечитал. Оказалось, что я многого не знал, не видел, не мог понять Сущности.

Поэтому вывел метод понимания любого писателя: понять писателя можно только проанализировав его произведения, отклики на произведения, мысли философов. Огромное влияние оказывает перечитывание материала, текущее состояние духа (нынешняя судьба, усталость и др.). Но одно я вынес точно – необходимо Познавать Писателя, Искать и находить в его произведениях ответы на вопросы, пытаться самому ответить на «вечные вопросы».

Только тогда человек сможет понять и внести к себе в Душу часть Достоевского, как философа и писателя.

Подготовил Александр Макаров.

 
Nuralis.RU © 2006 История народа | Главная | Словари