Как рождаются смыслы
Безусловно, мы можем и не догадываться за всю историю мира, где в каждой отдельно взятой стране. Мы можем лишь предпологать
Археология

История археологически...

Новости археологии

Публикации по историче...

До 1240г.

1240—наше время

Архивное дело

Архитектура и зодчеств...

Галерея замечательных ...

Генеалогия

Геральдика

Декоративно–прикладное...

Журналистика

Изобразительное искусс...

История

История культуры

Книговедение и издател...

Коллекционер

Краеведение

Литература

Музейное дело

Музыкальная культура и...

Наши конкурсы

Образование

Периодические издания

Православная культура

Природные комплексы

Промыслы и ремёсла

Разное

Театр

Топонимика

Фольклор и этнография



Археологические памятники среднего Поочья. Вып. 4, Россия, 1995 г.

СЕМИЛУКСКОЕ ГОРОДИЩЕ ПОЗДНЕСКИФСКОГО ВРЕМЕНИ НА р.ДОН (основные результаты раскопок 1984-1993 гг.)

А.Д.Пряхин, Ю.Д.Разуваев
(г.Воронеж)

Семилукское городище находится в черте г.Семилуки Воронежской обл. Оно расположено на мысу правого берега р.Дон, высота которого составляет более 45 м (рис.1). Площадка городища ограничена с напольной стороны рвом и валом. Ее современный размер равен 200х(65*70) м. По сравнению с древним он значительно уменьшился за счет разрушения склонов оврагов, прежде всего с северной стороны.

Систематические раскопки памятника ведутся экспедицией Воронежского госуниверситета с 1984 г. В 1984-1988 и 1990 гг. они осуществлялись под руководством А.Д.Пряхина, а в 1989, I99I-I993 гг.-М.В.Цыбина, которому авторы выражают признательность за предоставленные для публикации материалы. За десять полевых сезонов на площадке и укреплениях городища двенадцать» раскопами вскрыто 3602 кв.м (рис.2). Получены материалы разных эпох - от бронзового века до средневековья. К настоящему времени в научный оборот частично введены материалы древнерусского городища ХП-ХШ вв. /I/. Из многочисленных свидетельств, которыми представлен поселок скифского времени, опубликованы только находки 1984 г. /2/, материалы из

Рис.1 План Семилукского городища

Рис. 2. Планы раскопов 1-6, 8,9, 11, 12(I), 7(II), 10(III)

выявленных на городище погребальных комплексов /3,4/ и клад украшений /5,6/. Основные итоги десятилетних раскопок изложены в данной статье.

Укрепленное поселение скифского времени занимает площадку городища. К нему примыкает обширное селище, расположенное и на соседних мысах. В ходе раскопок исследованы две разновременные линии укреплений. Внешняя линия, в настоящее время не просматривающаяся, состояла из рва шириной до 4,5 м, глубиной в материке до 1,5 м и вала с деревянными конструкциями (рис.3). От последних остались скопления углей и обгоревших плашек, а также отдельные столбовые ямки (см. рис.3.1). Возможно, пола вала была укреплена камнями, линия которых располагалась параллельно рву, в 7 м от него.

Эту оборонительную линию следует интерпретировать как самую раннюю на городище. Она была уничтожена пожаром, после которого ремонт укреплений оказался, очевидно, нецелесообразным. Вал и ров, успевший к тому времени частично заплыть, были полностью снивелированы. Во время засыпки в ров попали известняковые камни, образовавшие своего рода вымостку вдоль внешнего края рва (см.рис.3.3) Не исключено, что первоначально они составляли крепиду вала.

Новая оборонительная линия отстояла от уничтоженной примерно на 30 м и включала вал и ров длиной 35 м (см. рис.3.4). Она в значительной степени была разрушена позднее при сооружении древнерусских укреплений. Непотревоженной осталась нижняя часть рва. Судя по ней, ров достигал глубины 4 м от уровня древней дневной поверхности. Он имел довольно крутые стенки, сужавшиеся ко дну, ширина которого составляла около 0,5 м. Остатки вала представляют собой земляную насыпь шириной около Ими высотой над уровнем погребенной почвы около 0,5 м.

На раскопанной части городища выявлено пять углубленных в материк котлованов, интерпретированных как постройки. Они уже описывались в предыдущих публикациях /3,4/. Постройки 15-17, 31 являлись, по-видимому, жилищами. От них остались котлованы подпрямоугольной или округлой в плане формы размером примерно 3x3 м л глубиной в материке от 0,1 до 0,6 м. В трех постройках имелись очаги и ямы хозяйственного назначения. Постройка 23, отличающаяся конструктивно от остальных и содержащая жертвенно-погребальный комплекс, представляла собой, по-видимому, культовое сооружение.

На городище существовали и наземные жилые постройки.От одной из них(постройка 28)удалось проследить лишь край, слегка углубленный в

1 - план раскопа 10; 2 - профиль внешнего рва; 3 - план скопления камней во внешнем рву; 4 - профиль внутренней линии укреплений: а - дерн, б - чернозем, в - глина, г - обожженная глина, д - песок, е - уголь, ж - зола, з - обгоревшее дерево, и - камни, к - погребенная почва, л - материк, м - ров, н - скопление углей, о - перекоп">
Рис. 3. Укрепления Семилукского городища:

1 - план раскопа 10; 2 - профиль внешнего рва; 3 - план скопления камней во внешнем рву; 4 - профиль внутренней линии укреплений: а - дерн, б - чернозем, в - глина, г - обожженная глина, д - песок, е - уголь, ж - зола, з - обгоревшее дерево, и - камни, к - погребенная почва, л - материк, м - ров, н - скопление углей, о - перекоп

материк и яму хозяйственного назначения. Контуры другой наземной постройки (7) были зафиксированы по заполнению ее пола. Она, очевидно, имела прямоугольную форму и размер 4,6x3 м. В углу находились очаг и хозяйственная яма.

Других наземных жилищ выявлено не было (следует учесть, что слой городища нарушен многочисленными сооружениями древнерусского времени). Однако по распределения керамики и индивидуальных находок в культурном слое удалось наметить шесть мест возможного расположения таковых (см. рис.2). Немаловажно, что там же располагались очаги, связь которых с позднескифским поселком кажется вполне вероятной. Кстати сказать, все выявленные на городище очаги представляли собой небольшие площадки обожженной почвы округлой, овальной или подковообразной формы.

Ямы хозяйственного назначения обнаружены в значительном количестве. Общее число ям, в достаточной степени уверенно относимых к рассматриваемому времени, уже достигло 101 (см. рис.2). Кроме того, как хозяйственные могли первоначально использоваться еще девять ям, в которых совершены погребения. Давая общую характеристику ямам, отметим, что в плане они имеют округлую или овальную, редко подпрямоугольную форму. Размеры их обычно колеблются около 1-1,5 м, глубина в материке - от 0,2 до I м. Некоторые из ям имели приступку или ступеньку на дне, примерно четверть - расширенное за счет подбоев в стенках дно.

Материал из большинства ям составляет обычный хозяйственный мусор: фрагменты керамики, кости животных (в одном случае - рыб). В то же время обращает на себя внимание довольно значительное число развалов сосудов (27), орудий труда и других предметов (рис. 4). В заполнении примерно трети ям у основания фиксировались золисто-углистые прослойки.

Для ям характерно расположение гнездами. Большинство из них тяготеет к постройкам и, несомненно, использовалось в бытовых целях. Вместе с тем имеющиеся материалы позволяют выделить ряд производственных комплексов.

Один из таких комплексов находился в центральной части площадки городища и был, по-видимому, связан с кузнечным производством. Его остатки представляют собой группу из восьми ям, размещавшихся на участке площадью около 25 кв.м (рис.5). Судя по относительной малочисленности керамики в слое, это место было свободно от жилой застройки.

Рис.4. План распределения находок из строительных комплексов

Рис.5. Остатки производственного комплекса (кузницы) на площадке городища

Яма 56 имела подовальную форму. Размер ямы 1,10x0,82 м, глубина в материке 0,17 м. Заполнение ямы однородное черноземное. На дне найдены фрагмент венчика и развал придонной части лепных сосудов, куски ошлаковок и четыре каменных орудия: абразив, две плиты и пест (рис.б. 1,2,5,7), использовавшиеся для дробления руды (трассологические определения выполнены В.В.Килейниковым).

Ямы 61 и 62, соединявшиеся друг с другом, имели округлую форму, диаметр 1,2 м и были углублены в материк на 0,43 и 0,65 м соответственно. Обе ямы несколько расширялись к основанию. Внизу заполнения ямы 62 зафиксирована золисто-углистая прослойка. В яме 61 лежала массивная наковальня, использовавшаяся также и как плита для дробления руды (см. рис.6. 3). В яме 62 найдены многочисленные обломки керамики (рис.7. 7), большая абразивная плита (см. рис.6.4). Еще три абразива происходят из слоя над ямой.

Следы конструкции из обожженной глины выявлены в яме 69. Последняя кроме основной части диаметром 1,1 м, глубиной в материке до 0,6 м имела еще приступку диаметром 0,8 м и глубиной не более 0,18 м. Дно основной части ямы прокалено, над ним фиксировалась углистая прослойка. У юго-западной стенки обнаружен завал из обожженной глиняной обмазки.

Яма 72 (диаметр 1,4 м, глубина 0,72 м) располагалась рядом и имела, видимо, вспомогательное назначение. В ней были найдены несколько ошлаковок, отдельные фрагменты керамики и косточки животных. У дна в заполнении имелась углисто-золкстая прослойка, а сверху - включения обожженной глины.

Еще три ямы располагались рядом друг с другом почти на одной линии. Яма 70 (диаметр 1,18 ми глубина 0,4 м) содержала отдельные фрагменты керамики. К ней примыкала яма 112, состоявшая из двух частей. Юго-восточная часть ямы 112 имела овальную форму, размер по верху 1x1,1 м, по дну - 1,12x1,52 м, глубину 0,46 м. Черноземное заполнение включало куски обожженной глины, золу, угли.

Находки состояли из значительного количества фрагментов керамики (рис.8.8,9), пряслиц, бусины, железного втока копья (в слое над ямой - рис.9.17), двух абразивных плиток и нескольких кусков шлака. Северо-западная часть ямы, имевшая размер по верху 0,95х хО,8 м, по дну - 1,25x1,25 м и глубину 0,65 м, находок не содержала . На дне здесь зафиксирована сильно гумусированная прослойка.

Наконец, яма 114 имела размер по верху 1,35x1,2 м, по дну 1,4x1,2 м (расширена за счет подбоя в северо-западной стенке) и

Рис. 6. Каменные орудия: 1,2,5,7 - яма 56; 3 - яма 61; 4 - яма 62; 6 - яма 110; 8 - яма 114

Рис. 7 Лепные глиняные сосуды

Рис. 8. Лепные глиняные сосуды

Рис. 9. Предметы вооружения и детали конской упряжи

глубину в материке 0,95 м. В нижней части ее заполнения встречены обожженная глина, обмазка, уголь. Кроме керамики из ямы происходит каменный кузнечный молоток (см. рис.6.8).

Материалы рассматриваемых ям следует расценивать, скорее всего, как свидетельства существования здесь кузницы. В пользу такого вывода говорят остатки конструкций, связанных с высокотемпературным производством, характерный набор каменных орудий не только в ямах, но и в слое вокруг них (рис.10.8). Нередкими находками в этой части раскопа были и шлаки.

Интересные материалы получены при расчистке ямы 99. Эта яма свальной в плане фермы имела неглубокий подбой в западной стенке и небольшую приступку с северо-восточной стороны. Ее размер по верху 0,96x0,84 м, по дну - Ixl MS глубина в материке - 0,51 м. В черноземном заполнении ямы зафиксированы остатки рухнувшего свода из обожженной глины, уголь, зола.. Стенки ямы прокалены. Воздействие высокой температуры заметно и на найденном в яме толстостенном глиняном сосуде (см. рис.7.II). Сосуд, имеющий вид колбы, вполне мог использоваться в качестве тигеля, хотя следы металла на его стенках не просматриваются. Кроме него здесь найдены от -дельные фрагменты керамики и значительное количество костей животных.

В ходе раскопок на территории городища были обнаружены массовые захоронения жителей позднескифского поселка (см. рис.2). Всего исследовано 14 погребальных комплексов, содержавших останки не менее 70 человек (45 полных костяков и разрозненные части еще по крайней мере 25 скелетов). Для захоронений были использованы котлованы некоторых построек и хозяйственных ям. Кроме того, отдельные человеческие кости встречались в слое и в других ямах.

Материалы погребений полностью опубликованы /3,4/. Их анализ убеждает в том, что захоронения на городище появились в сравнительно короткий промежуток времени вследствие массовой гибели значительной части населения поселка, последовавшей» весьма вероятно, в результате какой-то эпидемии. Умершие, в основном это дети, не достигшие десятилетнего возраста, и люди старше 30 лет, были погребены по обряду, главные элементы которого (захоронение покойников на территории поселка, в жилищах, скорченное положение костяков, возможное использование обычая выставления трупов и др.) отражают универсальную для идеологии многих древних народов идею обратимости смерти.

Рис.10.

Практически не вызывает сомнений тот факт, что появление могильника фиксирует финальный этап существования городища. Какое-то время могли функционировать в качестве культовых отдельные строительные комплексы, например, постройка 15, где над погребением 7 зафиксированы три уровня заполнения пола с очагами, возле одного из которых имелись явные следы поминального обряда (заполненное мелом днище горшка, части скелета собаки, кости овцы). В целом же жизнь позднескифского поселка была прервана, чем и объясняется, по-видимому, довольно значительное количество связанных с ним материальных остатков.

На наш взгляд, целесообразно рассмотреть весь найденный на городище комплекс керамики и вещей, хотя некоторые предметы и были уже опубликованы среди материалов погребений. Такой подход обусловлен и историческим единством большинства находок, и тем обстоятельством, что во многих случаях сложно однозначно соотнести конкретный предмет с погребением, с заполнением котлована постройки или хозяйственной ямы либо с культурным слоем.

Раскопки Семилукского городища дали уникальную для памятников лесостепного Подонья серию лепной посуды позднескифского времени, включающую 76 археологически целых форм. Еще почти 2000 сосудов представлены фрагментами венчиков. Анализу этой коллекции предполагается посвятить специальную работу. Здесь же лишь отметим, что среди посуды подавляющее большинство составляют горшки (см. рис,8). Гораздо меньшим количеством экземпляров представлены миски (см. рис.7.3-5), кувшины (рис.7.1) и чашки (рис.7.6). К единичным находкам относятся баночные сосуды (рис.7.7), кружки (рис. 7.2), сосуды ритуального назначения (рис.7.8-Ю). Все керамические формы имеют широкие аналогии в материалах скифоидных памятников лесостепного Подонья /7(с.51-66)/ и других территорий. Среди них лишь один фрагмент днища с "рогожной" поверхностью принадлежал сосуду городецкого типа.

Относительно немногочисленны на городище фрагменты античной посуды. Здесь найдены две ножки (рис.П.1,2) и два обломка ручек амфор, фрагменты флакона (рис,II.3) и чернолаковой чаши (рис.П.4).

Происходящий с городища вещевой комплекс включает разнообразные предметы, найденные как в слое (см. рис.10), так и в жилых, хозяйственных и погребальных сооружениях (см. рис.4).

Предметы вооружения представлены десятью бронзовыми и тремя железными наконечниками стрел, двумя железными наконечниками и 58

Рис. 11. Античная керамика, культовые предметы

двумя втоками копий. Среди бронзовых наконечников стрел пять трехлопастных (см. рис.9.1-5) и пять трехгранных (рис.9.6-10). По классификации А.И.Мелюковой, они относятся к типам 4, 6, 10 отдела П и к типам 3, 4, б, 8 отдела Ш /8/. Из трех втульчатых железных наконечников один имеет трехлопастную головку (см. рис.9.II), два других - двухлопастную (рис.9.12,13). По классификации А.И.Мелюковой это соответственно типы I и 2 /8(с.23)/. Наконечники копий различаются размерами, но близки по форме. Они имеют узкое и длинное "остролистное" перо без ребра и длинную втулку (рис.9.14,15). Оба втока, также различающиеся по размерам, относятся к типу рюмко-образных (рис.9.16,17). Такие же копья входили и в состав погребального инвентаря среднедонских курганов скифского времени /9(табл.18)/.

Детали конской упряжи найдены в количестве пяти предметов. Это железная обоймочка (см. рис.9.18), бронзовая ворварка (рис.9.19), железный налобник (рис.9.20), железный псалий (рис.9.21) и обломок костяного псалия (рис.9.21). Металлические предметы имеют широкие аналогии в скифском мире и прежде всего в материалах курганных могильников Среднего Дона /9(табл.22-24)/. Железный псалий можно отнести к первому варианту типа 2 по классификации, разработанной В.Г.Петренко /10/. От костяного псалия сохранился обломок, украшенный резным изображением головы хищника с оскаленной пастью (рис.9.21).

Орудия труда составляют представительную серию предметов из железа, кости, глины и камня. На городище найден железный топор (рис.12.1). Двумя экземплярами представлены железные орудия с разомкнутой втулкой типа мотыжек (рис.12.2,4). Еще один железный предмет имеет втулку и прямоугольную в сечении рабочую часть, заостренную на конце (рис.12.3). По-видимому, его также следует отнести к наконечникам орудий для копания земли /II/.

Железные ножи найдены в количестве шести экземпляров (рис. 12. 5-10). Все они имеют плоский черенок, прямое, в разной степени сточенное лезвие и дуговидную ("горбатую") спинку. Ножи такой формы широко распространены на скифоидных памятниках лесостепи. По классификации Б.А.Шрамко это 1-й и 4-й типы I группы /12/. Один из рассматриваемых ножей (рис.12.6) имеет на черенке заклепку (признак 1-го типа П группы).

Из орудий труда назовем также два железных шила (рис.12.II), два костяных инструмента для плетения типа утка (рис.12.12,13), три глиняные льячки, от которых сохранились два обломка втулок и

один - рабочей части. 60

Рис. 12. Орудия труда

Довольно многочисленны глиняные грузики для ткацкого станка: их найдено 240 экземпляров (рис.13). Форма грузиков типична для скифоидных памятников. На основании типологии, разработанной И.Л.Чернай /13/,грузики можно классифицировать следующим образом:

тип I - цилиндрические грузики (7 экз.). Сюда входят собственно цилиндрические (б экз., рис.13.1), цилиндрические со слабым перехватом на боковых сторонах (I экз., рко.13.2);

тип П - конические грузики (13 экз.). Из них 9 экз. усеченно-конических (рис.13.3,4), 2 экз. усеченно-конических со слабым наклоном боковых сторон (рис.13.5), 2 экз. усеченно-конических с расширенным основанием (рис.13.6), 5 экз. усеченно-конических с выпуклыми боками (рис.13.7);

тип Ш -• биконические грузики (136 экз.). Из них 99 экз. биконических симметричных (рис.13.8,9), 23 экз- биконических асимметричных (рис.13.10), 10 экз. биконических с выделенным ребром (рис.13. II), 4 экз. биконических уплощенных (рис.13.12,13);

тип 1У - округлые грузики (79 экз.). Из них 12 экз. боченко-образных (рис.13.14),51 экз. шаровидных (рис.13.15,16), 7 экз. уплощекно-шаровидных (рис.13.17), 9 экз. эллипсовидных (рис,13.18),

Практически все грузики имеют тщательно заглаженную неорнамен-тированнуго поверхность. Украшены только четыре экземпляра: округлыми ямками (см. рис.13.4), волнообразными (рис.13.9) или зигзагообразными (рис.13.13) линиями по боковой поверхности, а также ямками вокруг отверстий (рис.13.16).

В качестве грузика,скорее всего,использовалась и подвеска, изготовленная из обточенного по краям черепка (рис.13.19).

Каменные орудия, найденные в слое городища, типологически довольно сложно отделить от подобных изделий эпохи бронзы или древнерусского времени. Помимо предметов, найденных в комплексах, к скифскому времени следует отнести орудия, планиграфически тяготеющие к этим комплексам или встреченные среди скопления керамики и других материалов данной эпохи.

С учетом сказанного коллекция каменных орудий труда насчитывает около 100 предметов. На основе трассологического анализа В.В.Килейниковым было определено функциональное назначение примерно 60% каменных орудий. Значительное число (около половины) орудий служило в качестве абразивов, оселков (см. рис.6.4,7). Примерно столько же орудий связано с металлургическим производством: это песты и плиты для дробления руды (рис.6.1-3,5), наковальни (рис.6.3) и 62

Рис. 13. Глиняные грузики для ткацкого станка.

кузнечные молотки (рис.6.8). Двумя экземплярами представлены орудия типа кайла, единичными - зернотерка и скребок по шкуре.

Принадлежности одежды единичны. В одной из хозяйственных ям найден железный поясной крючок (рис.14.1). По-видимому, в качестве пуговиц могли использоваться три костяные пронизи (рис.14.2-4).

Гораздо более многочисленны украшения. Прежде всего следует отметить находку в слое городища клада женских украшений. В посвященных кладу публикациях /5,6/ уже приводился крут всех его аналогий. Поэтому ограничимся лишь их кратким перечислением: серебряные гривна, два перстня, две пары серег и пара височных колец, две пары бронзовых височных колец, бронзовый и железный браслеты, девять стеклянных бусин.

Помимо клада на городище найдены и другие украшения. Это бронзовая гвоздевидная булавка с конической шляпкой (см. рис.14.5), аналогичная булавкам, объединенным В.Г.Петренко в 1-й вариант ти- ' па 17 /I4(c.I5)/, бронзовый браслет, один из концов которого рас- i плющен в виде лопаточки, а другой украшен насечками (рис.14.6), j соответствующий, по В.Г.Петренко, типу 3 /14(с.53)/. Другой браслет (рис.14.7) можно включить во 2-й вариант типа 4 /14(с.53)/. Из слоя и погребений происходят четыре бронзовые серьги (рис.14.8--II). Одна из них, калачиковидной формы, украшена насечками (рис. 14.8). По классификации В.Г.Петренко, это тип 21 /14(с.33-34)/. Три другие изготовлены из отрезков гладкой проволоки. В одном случае кончик отрезка был загнут в виде крючка (рис.14.П). На самую маленькую серьгу нанизана в качестве подвески пастовая бусина желтого цвета (рис.14.10). Эти серьги относятся к 1-му и 4-му вариантам типа 30, 1-му варианту типа 31 /14(с.37)/.

Среди украшений, найденных на городище, 17 стеклянных бус (рис. 14.12-28). В основном это округлые бусы, но имеются также бусы в форме параллелепипеда и цилиндрические. На большинстве бус, изготовленных из черного стекла, орнамент состоит из желтых фестонов, хотя в некоторых случаях цвет последних неясен (рис.14.13-19). По классификации Е.М.Алексеевой, их можно отнести к типам 259-6 и 276-6 полихромных бус /15(с.48-49)/. Одна бусина украшена желто-черными глазками (рис.14.21). Две бусины из черного стекла орнамента не имеют (рис.14.12,20). Одну из них, округлую, следует включить в 1-й тип бус из одноцветного стекла /15(с.62-63)/. Бусы из синего стекла, которых найдено пять экземпляров, покрыты бело-синими (рис.14.22-24) или бело-красными (рис.14.25) глазками, а

Рис. 14. Детали одежды и украшения

также орнаментом из белых полос (рис.14.28). Некоторые из них соответствуют, по указанной классификации, типам 54-в и 78-а глазчатых бус /1б(с.65,68)/. Одна бусина изготовлена из голубого стекла и имеет орнамент из бело-синих глазков (рис.14.26). Ее можно отнести к типу 53-а или 100 /16(с.65,70)/. Еще одна плохо сохранившаяся бусина имеет серый цвет и желтые глазки (рис.14.27).

Среди украшений присутствуют еще три костяные пронизи (рис.14. 29-31).

Завершая обзор вещевого комплекса, назовем ряд предметов из глины, часть которых вполне могла быть культовой. Среди них два миниатюрных сосудика (см. рис.П.5,6), две модели лепешек (рис.П. 7,8), две фрагментированные фигурки, одна из которых изображает лошадь (рис.II.9,10).

К этой же группе предметов предварительно отнесены две поделки (рис.II.11,12) и четыре шарика (рис.П.13), назначение которых неясно. Два костяных астрагала с отверстиями (рис.П.14,15), которые при помощи шнурка были надеты на шеи захороненных в погребениях детей, могли использоваться в качестве апотропеев.

Найденные материалы позволяют датировать Семилукское городище в основном 1У-Ш вв. до н.э.

Отсутствие перекрывающих друг друга строительных комплексов наводит на мысль, что поселок позднеекифского времени существовал менее продолжительное время. Для уточнения его датировки важное значение имеет античная керамика. По определению С.Ю.Монахова, одна из аморфных ножек (см. рис.Н.2) датируется ГУ - возможно, началом Ш вв. до н.э., другая (рис.Н.1) принадлежит сосуду, изготовленному в одном из южнопонтийских центров в первой половине Ш в. до н.э. Поддон античной чернолаковой миски (рис.П.4) датируется 1У в. до н.э. По-видимому, не будет ошибкой отнести Семилукское городище в основном к концу 1У - началу Ш вв. до н.э.

Пока неясно время возникновения городища. Не исключено, что внешняя линия укреплений могла быть возведена и несколько ранее обозначенного хронологического периода. На такой вывод наводит найденный там бронзовый наконечник стрелы (см. рис.9.10), тип которого характерен для более раннего времени /8(с.24-25)/. Из материалов, найденных на площадке городища, интересен обломок костяного псалия (см. рис.9.21), форма которого, хотя и не вполне определима, напоминает подобного рода изделия среднескифского периода. Наконец, более архаичный облик по сравнению со всей керамической серией имеют фрагменты венчиков некоторых лепных сосудов. 66

Культурно-историческая оценка Семилукского городища не входит в задачи данной статьи. Однако отметим, что по информативности полученных материалов этот памятник выделяется среди известных в лесостепном Подонье поселений, входящих в круг памятников средне-донской культуры скифского времени /9/.

ЛИТЕРАТУРА

1. Пряхин А.Д., Цыбин М.В. Древнерусское Семилукское городище ХП-ХШ вв. на р. Дон (Итоги раскопок 1984-1986 гг.) // Археология славянского Юго-Востока. - Воронеж, 1991. - С. 93-106.

2. Пряхин А.Д., Цыбин М.В. Раскопки многослойного Семилукского городища //Археологические памятники эпохи бронзы восточноевропейской лесостепи. - Воронеж, 1986. - С. 58-71.

3. Пряхин А.Д., Разуваев Ю.Д. Погребения на Семилукском городище позднескифского времени (раскопки 1986 г.) //Археологические памятники раннего железного века Окско-Донского междуречья. -Россия, 1993. - С. 74-94.

4. Пряхин А.Д., Разуваев Ю.Д. Погребения на Семилукском городище позднеекифского времени (раскопки 1987-1990 гг.) // Древние памятники Окского бассейна. - Россия, 1993. - С. 13-30.

5. Пряхин А.Д., Разуваев Ю.Д. Клад украшений с Семилукского городища скифского времени //Античная цивилизация и варварский мир: (Материалы Ш-го археологического семинара). - Новочеркасск, 1992. - Ч. П. - С. 104-107, 182-183.

6. Пряхин А.Д., Разуваев Ю.Д. Клад скифского времени с Семилукского городища на реке Дон //Российская археология. - 1994. -№4. - С. 185-190.

7. Пузикова А.И. Поселения Среднего Дона //Материалы и исследования по археологии СССР. - № 151. - 1968. - С. 41-81.

8. Мелюкова А.И. Вооружение скифов //Свод археологических источников. - 1964. - Вып. Д1-4.

9. Либеров II.Д. Памятники скифского времени на Среднем Дону // Свод археологических источников. - 1965. - Вып. Д1-31.

10. Петренко В.Г. Правобережье Среднего Приднепровья в У-Ш вв. до н.э. //Свод археологических источников. - 1967. -Вып.Д1-4.-С.37

11. Краснов Ю.А. Раннее земледелие и животноводство в лесной полосе Восточной Европы. П тысячелетие до н.э. - первая половина I тысячелетия н.э. - М„, 1971. - С.26.

12. Шрамко Б.А. Археология раннего железного века Восточной Европы. - Харьков, 1983. - С.53-54.

13. Черная И.Л. Глиняные грузики городища Марица //Пузикова А.И. Марицкое городище в Посеймье. - М., 1981. - С. III-I20.

14. Петренко В.Г. Украшения Скчфии. УП-Ш вв. до н.э. // Свод археологических источников. - 1978. - Вып. Д4-5.

15. Алексеева Е.М. Античные бусы Северного Причерноморья // Свод археологических источников. - 1978. - Вып. П-12.

16. Алексеева Е.М. Античные бусы Северного Причерноморья // Свод археологических источников. - 1975. - Вып. П-12.

 

Nuralis.RU © 2006 История народа | Главная | Словари