Как рождаются смыслы
Безусловно, мы можем и не догадываться за всю историю мира, где в каждой отдельно взятой стране. Мы можем лишь предпологать
Археология

Архивное дело

Архитектура и зодчеств...

Галерея замечательных ...

Военные деятели

Географы, путешественн...

Деятели искусства

Исторические, государс...

Краеведы

Купцы, предриниматели,...

Литературные деятели

Музыкальные деятели

Наши современники

Разное

Святые, мученики, деят...

Спортивные деятели

Устроители земли рязан...

Ученые, врачи, деятели...

Генеалогия

Геральдика

Декоративно–прикладное...

Журналистика

Изобразительное искусс...

История

История культуры

Книговедение и издател...

Коллекционер

Краеведение

Литература

Музейное дело

Музыкальная культура и...

Наши конкурсы

Образование

Периодические издания

Православная культура

Природные комплексы

Промыслы и ремёсла

Разное

Театр

Топонимика

Фольклор и этнография



Воспоминания Виноградовых о Павловых.

История, как и сама жизнь, слагается из суммы титанического труда многих: монархов, полководцев и дипломатов, юристов и священников, врачей и учителей, творческой интеллигенции и предпринимателей...

Собирая по крупинкам сведения о своей родословной: мемуары родственников, письма, записки, архивные справки и другие материалы, я узнала об интересных событиях, участниками которых были мои предки и их близкие родственники и друзья, давно ушедшие в мир иной. Многие из них на века оставили о себе светлую память, потому что умели трудиться и любить свое отечество. Воспоминания о минувших временах и людях приоткрыли двери в неизвестное мне прошлое.

Моя бабушка Елизавета Сергеевна, сельская учительница, была из рода священников Виноградовых. Этот род пастырей и проповедников существовал уже в 18 веке. Возможно, его корни идут и дальше, но об этом еще предстоит узнать. Среди них много было не только служителей Православной христианской веры, но и ученых, врачей, учителей, защитников своего Отечества.

Ее дедушка Исидор Алексеевич был настоятелем Сретенской церкви в селе Устронь Спасского уезда, будучи на пенсии, он переехал в город Спасск и служил в Преображенском Соборе (который впоследствии был разрушен). Один из родных братьев Исидора, гордость рода Виноградовых, - архимандрит Виталий, который в течение 50-и лет (1865-1914) был настоятелем Свято-Иоанно-Богословского монастыря в селе Пощупово. Именно его стараниями с помощью главного благотворителя Д. И. Хлудова, купца 1-й гильдии, монастырь преобразился духовно и материально. Был построен Успенский собор с тремя престолами, новый братский корпус, двухэтажный каменный гостиный двор для богомольцев, здание церковно-приходской школы и 76-ти метровая колокольня.

Сегодня мне хочется рассказать о дружбе семей моего прапрадеда Исидора Алексеевича Виноградова и Петра Дмитриевича Павлова, отца выдающегося ученого, знаменитого физиолога Ивана Петровича Павлова, первого русского Нобелевского лауреата.

Петр Дмитриевич Павлов был священником, служил в храме святителя Николая (Николы – «Долгошея»), где крестил Любовь Суханову, почитаемую ныне святую блаженную Любовь Рязанскую, а затем в Лазаревской церкви. Состоял членом Духовной консистории и Совета женского Епархиального училища города Рязани. Со своей женой Варварой Ивановной они воспитывали детей в старых русских традициях. В любви и строгости они вырастили четырех замечательных сыновей, которыми гордились, и любимицу - дочку Лидию. Родители всегда брали ее в храм на службы. Характер ее отличался мягкостью и кротостью. На праздничные богослужения Дмитрий Павлович очень любил отправлять в Свято-Иоанно-Богословский монастырь свою жену Варвару Ивановну с дочерью.

Его сыновья: Иван, Дмитрий и Петр Петровичи учились вместе с Владимиром Исидоровичем Виноградовым в Рязанской духовной семинарии, а затем вместе в Петербургском университете. Всех их объединяло стремление к научным познаниям, упорство в достижении поставленной цели. Каждое лето Владимир приезжал домой в село Устронь, где жил его отец Исидор, вместе с Дмитрием и Петром. Все они были заядлыми охотниками и рыбаками.

Иван Петрович Павлов стал гениальным ученым и внес огромный вклад в российскую и мировую науку.

Дмитрий Павлов стал профессором в области химии и жил в Новой Александрии. Он не женился и посвятил себя науке. Владимир Виноградов стал профессором Тимирязевской академии тоже в области химии и прожил до преклонного возраста в Москве. Его сын Александр продолжил путь ученого. Он стал кандидатом химических наук, во ВНИИНМ г. Москва, членом-корреспондентом АН СССР. В 1980 году, будучи в г. Рязани, он посетил мемориальный музей академика И.П. Павлова и передал в дар фотографию своего отца (фото 1880 года), как самого близкого друга Дмитрия Петровича Павлова.

Петр Павлов был не менее одаренной личностью, чем его старшие братья, но очень рано ушел из жизни. Это был несчастный случай, произошедший на охоте с братьями Павловыми. Сани, в которых ехали братья перевернулись. Дмитрий, Петр и их младший брат Сергей оказались в глубокой яме. Старшие братья смогли выбраться. Сергей не смог вылезти самостоятельно. Петр подал ему приклад ружья, которое было заряжено. Сергей, ухватившись за него, нечаянно нажал на курок. Выстрел для Петра оказался смертельным.

Трагедия потрясла семью Павловых. Смерть брата на всю жизнь оставила в душе Сергея не заживаемую рану. Самым близким другом, в общении с которым он находил утешение, был второй сын Исидора Сергей Виноградов.

Сергей Павлов учился с Сергеем Виноградовым. Оба они стали священниками. Сергей Павлов служил в Уфимской губернии, а после смерти отца в Лазаревской церкви города Рязани. Сергей Исидорович был настоятелем Введенской церкви села Муратово, затем служил в Троицкой церкви пос. Клименты Спасского уезда, состоял депутатом на окружных училищных съездах, был членом отделения Епархиального училищного Совета и уездным Миссионером. Моя бабушка Елизавета Сергеевна в детстве много рассказывала об их тесной дружбе с Сергеем Павловым. Она всегда говорила: «Они были как родные братья». Сергей Петрович летом приезжал к ним в гости. Он очень любил детей, а дети все любили его. Его приезд был праздником для семьи Виноградовых. Он был интересным собеседником и общаться с ним можно было часами. Зимой Сергей Виноградов ездил в Россия и останавливался всегда у Сергея Павлова.

Старший брат моей бабушки Дмитрий Сергеевич Виноградов в своих мемуарах писал, что, когда он учился в духовном училище в городе Рязани «… Каждый вечер с субботы на воскресенье меня брал к себе священник церкви Лазаревского кладбища Сергей Петрович Павлов. Он учился с моим отцом, был одноклассником. Оба были дружны как родные братья. Я играл с его сыном Евгением, и мы оба засиживались за книгами. Сергей Петрович был братом известнейшего физиолога Павлова. Евгений был старше меня на два года и по окончании гимназии, уехал в Петербург к дяде, где поступил в военно-медицинскую академию…». Дмитрий вспоминал, что в самых тяжелых жизненных ситуациях рядом всегда был Сергей Петрович Павлов. В 1910 году после вспыхнувшей в семинарии забастовки учащихся Дмитрий был уволен. Из его воспоминаний: «…Настроение моих родителей было ужасное. Часть знакомых открыто изъявляло свое презрение ко мне ….. взяв у отца 3 рубля, я поехал в Россия ….. Остановился я у Сергея Петровича Павлова. Он устроил меня работать в частное учебное заведение Кричевского». В 1911 году Дмитрий поступает в Московский Государственный университет на математическое отделение физико-математического факультета. Сергей Петрович был бесконечно рад за Дмитрия и, отправляя его в Москву, дал ему денег на обустройство.

В 1914 году в Рязанское епархиальное училище поступает учиться моя бабушка Елизавета, и Сергей Петрович заботится и о ней как о родной дочери. До глубокой старости Дмитрий и Елизавета всегда с большой любовью вспоминали Сергея Петровича Павлова.

В 1918 году без предъявления обвинения Сергей Петрович, как священник и сын священника, был арестован и отправлен в Москву в тюрьму Бутырки, затем на заготовку дров в Подмосковье. Там он сильно простыл и заболел воспалением легких. С трудом добравшись до своей сестры Лидии Петровны, которая в это время уже жила в Москве, он умер. Его похоронили на Донском кладбище.

В Москве Дмитрий Сергеевич Виноградов женился на дочери священника Надежде Павловне Боголеповой, уроженке города Михайлова Рязанской области. В 1926 году у них родилась дочь Елена и ее крестной матерью стала Лидия Петровна Павлова. Дмитрий и его жена Надежда были очень дружны с семьей Лидии Петровны Павловой.

Из воспоминаний Елены: «… Мои родители, как дети священников, меня крестили, и моей крестной матерью была сестра знаменитого ученого-физиолога И.П. Павлова – Лидия Петровна, которая была замужем за членом Российского Священного Синода. Моя крестная мать со своим семейством жила на Воздвиженке, близ Арбатской площади в патриаршем доме, напротив бывшего особняка Морозова. У них была квартира на высоком первом этаже.
Помню, нас пригласили в гости на Рождество. Мне было тогда года 4 или 5. В большом зале стояла нарядная елка, что было тогда для нас удивительно, так как елки были уже запрещены. Я не помню хозяина дома, но помню приветливую улыбчивую крестную и ее детей. Она мне подарила коричневое бархатное платье с кружевным воротничком. Это было мое самое нарядное платье. В нем я сфотографирована с братом Сережей. В дальнейшем мы несколько раз бывали у них в гостях, но от большой квартиры у них остался зал со смежной комнатой, и елок уже больше не наряжали….».

Когда Елена стала студенткой, мама шила ей платье, «…но материи не хватало, и пришлось распороть мое бархатное детское платье и сделать из него вставку и отделку….. В 60-х годах началась мода на бархатные береты. Я вспомнила о старом куске бархата, который был когда-то частью платья, и сшила из него берет…….. И вот, в конце 90-х годов, когда мне стукнуло 72 года, я увидела, что вновь носят бархатные береты…..Я снова вытащила свой бархатный берет, сменила подкладку и с удовольствием его надела. Бархат чудом сохранился. Мне было приятно носить его, зная, что к его бархатной материи прикасались руки двух удивительных русских женщин – моей крестной и родной матери….». (Берет Елена, моя двоюродная тетя, сохранила до настоящего времени. Узнав об этом, я незамедлительно отправилась в Москву. Берет и фотографию, где Елена сфотографирована в платье, подаренном Павловой Лидией Петровной, я передала в мемориальный музей-усадьба академика И.П. Павлова).

Дмитрий Виноградов был военнослужащим, служил в штабе армии, но никогда не скрывал, что его отец Сергей Исидорович был священником. По возможности он привозил его в Москву, так как у него была травма позвоночника, и лечил его в специальной поликлинике, к которой он был сам прикреплен. Отец - священник гордился своим саном и никогда не снимал рясы. Приезжая со своим сыном Дмитрием в поликлинику в таком облачении, он с чувством собственного достоинства на глазах изумленных партийных и других чиновников и военнослужащих проходил в кабинет врача. Все это не оставалось незамеченным. В своих мемуарах Дмитрий писал: «В период с 1919 по 1923 годы мне неоднократно предлагали вступить в партию, что обеспечило бы быструю карьеру. Для этого в заявлении о желании вступить в партию требовалось заявить, что я, как сын попа, отказываюсь от своего отца, проклинаю его, отказываюсь от всякого общения с ним и со всеми родными и т. д. Я от этого категорически отказался и связь со своим отцом и помощь ему не прерывал до самой его смерти…». В 1923 году Дмитрия Виноградова разжаловали с должности полковника до лейтенанта, а в 1930 году уволили из армии, так как он был «…сыном попа и бывшим царским офицером».

В его небольшую комнату в г. Москве приезжал родной дядя его жены Надежды по линии матери Сергей Дмитриевич Городцов - епископ Варфоломей, ставший в конце сороковых годов Митрополитом Новосибирским и Барнаульским. Пережив гонения и ссылку в Соловки, он в годы второй мировой войны собирал большие средства для оказания помощи Советской армии.

Одной из самых интереснейших находок являются воспоминания о семье Павловых написанные 20 августа 1948 года дочерью Исидора Марией Виноградовой, учительницей из города Спасска. Пожелтевшие ветхие страницы, пролежавшие 60 лет в домашнем архиве моей родственницы, дали возможность заглянуть нам в прошлое более чем на сто лет. Эта бесценная реликвия рассказала о многих неизвестных фактах тесной дружбы двух семей, Виноградовых и Павловых. Ее воспоминания я предлагаю читателю в первоначальном виде.

«Мои воспоминания о семье Павловых.
Отец Ивана Петровича Павлова, как известно, был священником Лазаревской церкви г. Рязани. Он занимал видное положение в городе, состоял членом консистории и Совета женского Епархиального училища. Лицо у него было серьезное, строгое.
Я его всегда стеснялась. Мать Ивана Петровича, Варвара Ивановна, представляла из себя простую матушку, болезненную, очень ласковую и приветливую. Она иногда по праздникам брала меня к себе из общежития Епархиального училища. Я, кроме хорошего, ничего от нее не видела.
Кроме Ивана Петровича, у них было три сына. Дмитрий Петрович – лаборант химии у профессора Менделеева, Петр Петрович – студент Петербургского университета, Сергей Петрович и дочь Лидия Петровна.
Первые три брата были друзьями моего брата Владимира Исидоровича Виноградова – лаборанта химика в бывшей Петровской академии. Он учился вместе с ними в Рязанской Духовной семинарии, а потом в Петербургском университете.
Ивана Петровича я знала мало. Первое воспоминание о нем очень смутное. Мне было 10 лет, когда я с сестрой приехала в Петербург, к брату Владимиру Исидоровичу, тогда окончившему курс в университете и служившему в Петербурге. Вскоре по приезду туда я заболела, и брат пригласил Ивана Петровича. Он нашел у меня воспаление легких и рекомендовал доктора для моего лечения, так как сам практикой не занимался. Я смутно представляю в то время Ивана Петровича, так как была почти без сознания.
Второй раз я видела его в театре, когда уже была слушательницей Бестужевских курсов. Моя квартирная хозяйка, с которой я находилась в театре, представила мне его. Вот в этот раз у меня сохранилось полное воспоминание о нем. Его вид был совершенно такой же, как на портрете, посланном в музей, – большая борода и шевелюра на голове.
В третий раз я видела Ивана Петровича в Рязани у его младшего брата Сергея Петровича, ставшего в то время священником в Лазаревской Церкви после смерти отца.
Я пришла со своим вторым братом к Сергею Петровичу. Он и его жена были очень печальны, они сказали, что к ним привезли тяжелобольного, Дмитрия Петровича почти в безнадежном состоянии и телеграммой был вызван Иван Петрович. Я помню, как из комнаты больного вышел Иван Петрович, видно, очень удрученный и взволнованный. Как оказалось, Дмитрий Петрович был при смерти. Вскоре он умер.
Мне до сих пор ясно представляется фигура Ивана Петровича. Это уже был пожилой элегантный человек, в сером костюме с серебристыми подстриженными волосами и маленькой бородкой. Он в то время только что вернулся из Англии.
Остальные сведения о нем я получила от своей сестры Елены Исидоровны, которая училась в Петербурге на фельдшерских курсах и часто встречалась с Павловыми.
Лена говорила, что оба они любили пошутить и поболтать, так что сестра даже в начале, не считала Ивана Петровича очень серьезным человеком. Но раз он пришел к ней, когда она занималась с подругой по физиологии, и она попросила объяснить ей, что то непонятное для них. Тогда он прочел им целую увлекательную лекцию, от которой они пришли в восторг. «Тогда-то я поняла, - говорила сестра, - какой он выдающийся человек». Еще я слышала от своих братьев про проделки Ивана Петровича и Дмитрия Петровича в юношеском возрасте. Будто бы они склеили громадного змея вместо глаз с двумя горящими фонарями и пустили этого змея над городом. Через некоторое время к ним в дом является полицейский и говорит: «Батюшка, запретите своим детям пошаливать, а то по городу распространяется слух, что летит черт». Этим практически заканчиваются мои сообщения о Иване Петровиче.
Что же касается других членов семьи, то мои отношения с ними не прерывались. У Лидии Петровны Павловой (по мужу Андреевой) я была в Москве перед войной, кажется, в 1939 году.
Знакомство с Павловыми началось благодаря моему брату Владимиру Исидоровичу, который, как я уже говорила, учился с Павловыми в духовной Семинарии, а потом с Дмитрием Петровичем и Петром Петровичем в Петергбурском университете. Будучи студентами, Дмитрий и Петр приезжали к нам каждое лето в село Устронь Спасского уезда, где отец мой был священником.
Около села есть озеро, на котором раньше водилось много дичи, даже выпи и дикие курочки. Каждый день Павловы ходили на охоту. Петр Петрович делал чучела и доставлял их в Зоологический музей в Петербурге, хранителем которого он считался будучи студентом. Между прочим, как говорил мой брат, Петр отличался выдающимися способностями и если бы не злой рок судьбы – несчастный случай на охоте, то он был бы так же большим ученым.
Он был замечательно симпатичной личностью. В противоположность старшим братьям он был серьезен и молчалив, в его голубых глазах светилась грусть. Я еще девочкой была глубоко опечалена его внезапной смертью.
Дмитрий отличался очень веселым нравом. Он любил пошутить. Как я помню, играл с нами, девчонками, в игру «Волки». Устраньские бабы смотрели и удивлялись, как это мужик с бородой бегает с детьми. В последний раз я его видела на свадьбе какой-то родственницы сироты, которую Павловы выдавали замуж. Дмитрий Петрович был тогда профессором химии в Новой Александрии. Так же, как прежде, он был весел, танцевал, хотя рука у него была перевязана. Когда я его спросила, от чего это, он объяснил, что сломал руку, играя с мальчишками в городки. Больше я его не видела.
Этим я заканчиваю свои воспоминания о семье Павловых.»

Я думаю, что Мария Исидоровна Виноградова могла бы написать гораздо больше о жизни Павловых и дружбе их с Виноградовыми, но сложное время, в котором она жила в предвоенные годы, не позволило открыто рассказать о несчастном случае, произошедшем на охоте с Петром Павловым, о подробностях ареста и смерти Сергея Павлова и о многом другом.

Семьи Виноградовых и Павловых на протяжении многих десятилетий объединяло главное достоинство, которое заключалось в том, что они умели ценить духовное богатство выше материального, потому что с детства впитали в себя основы христианства. Это та самая русская интеллигенция, которая была воспитана в любви к родному отечеству, и они не растеряли ее в годы революционных перемен, гонений и репрессий. Они гордились успехами своей страны, а страна гордилась ими, несмотря порою на непримиримость и неприязнь Советской власти к их родовым корням. Вот так с любовью и взаимопониманием к друг другу все они делали свой выбор в жизни и были терпеливы ко всем невзгодам. Одни из них стали учеными и достигли больших вершин в науке, другие боролись за укрепление Русской Православной Церкви. Тем не менее, они всегда были вместе, потому что любили Россию и верили в ее великое будущее.

Нина Фирсова 2009 год
г. Россия

 
Nuralis.RU © 2006 История народа | Главная | Словари